— Выключите это немедленно, — простонала я.

— Так пульт же у тебя, — напомнила мне Катька.

Она была, без сомнения, права. Спохватившись, я щелкнула пультом, и экран наконец погас. Только после этого мы оторвались от него и смогли посмотреть друг на друга.

— Никогда бы не подумала, что на свете существует такое непотребство, — возмущенно сказала Маша.

— Вот и мотив, — сказал Алекс. — Имея эту кассету, Валя получал почти безграничную власть над Настей.

— Кто эта Настя? — спросила Маша. — Ведь так звали убитую девушку. На кассете что — она?

Алекс мрачно кивнул.

— Но это не объясняет того, кто убил саму Настю, — сказала я.

И тут же с ужасом поняла, что у меня в голове зарождается догадка. Да что там догадка. Вполне четкое подозрение. Если Толя увидел бы эту кассету или какую-нибудь другую, схожую с нашей по содержанию, то нетрудно себе представить, как бы он отреагировал. Одно дело знать, что твоя женщина имела раньше связь с мужчинами. А совсем другое увидеть, что твоим предшественником у любимой женщины был лохматый грузин и еще куча негров. Такое не всякому под силу.

— А помнишь, — прошептала Катька, дернув меня за руку, — вчера Толя устроил Насте скандал. Даже собаку не дал ей домыть. И потом ужасно орал.

Я помнила. И очень даже хорошо. Мы рассказали об этом остальным.

— Какой ужас, — прошептала Лара. — Это чудовищно. Бедная девушка, как она могла? Это же отвратительно.

— Меня сейчас вырвет, — простонала Катерина. — Гадость какая.

— Мы должны сообщить об этом в милицию, — твердо сказал Веня. — И отдать им кассету и ботинки.

Мы с Катькой отошли в сторону.

— Тебе не кажется странным, что именно эта кассета оказалась в видике? — спросила у меня Катька.

— Нет, — удивилась я. — Должно быть, Валю такие вещи прикалывали.

— Если Толя узнал о Настином прошлом, то вполне мог ее прикончить, — мрачно сказала Катька. — А кассета могла быть и не одна. У Вали тут стоит отличная техника. На его магнитофоне можно делать вполне сносные записи. Валя мог сделать копию с этой кассеты и показать ее Толе.

Я подавленно кивнула. В самом деле — мог.

— А так как с личной жизнью у Толи, по всей видимости, не ладилось, то он мог здорово психануть, — продолжала Катька.

— Что значит, не ладилось с личной жизнью? — переспросила я. — Ты это про Настю?

— Ну, и с первой женой у него какие-то непонятки были, а теперь вот и про Настю выяснилось кое-что скверное, — пояснила мне Катька.

— Кстати, нужно бы узнать поподробней, что там у Толи случилось с его женой, — сказала я.

И мы пошли узнавать. Разумеется, за помощью обратились мы к тому же Алексу.

— Если заартачится, то снова напомним ему о том, что мы слышали его разговор с Настей, как она его шантажировала, — сказала мне Катька. — Хорошего отношения эти люди, я вижу, не понимают. Так будем играть по их правилам. Нужно же нам найти истинного убийцу, верно?

С этим я была согласна на все сто процентов. Но, вопреки нашим опасениям, Алекс охотно поделился с нами той информацией, которой владел.

— Толину жену я видел всего один раз, — сказал он нам. — Мне она показалась милой и спокойной женщиной. Поэтому я очень был удивлен, когда Толя признался мне, что она душевнобольная.

— Еще одна? — спросила я.

— Что значит, еще одна? — удивился Алекс. — А, ты имеешь в виду Машу? Нет, у Маши просто было сильное нервное расстройство. И речь о ее госпитализации никогда не шла. А Толина жена, по его собственным словам, была настоящей сумасшедшей. Толе даже пришлось поместить ее в дурку, потому что держать дома ее не было никакой возможности. От нее постоянно можно было ждать беды. То она устраивала пожар на кухне, то заливала всю квартиру, а то принималась бегать голой по дому и пыталась вылезти в окно. Толя тогда зарабатывал не так много. На профессиональную сиделку его зарплаты не хватило бы.

— А потом? — спросила Катька. — Когда заработки у Толи увеличились? Почему он потом не взял жену из сумасшедшего дома?

— К тому времени, когда Толя смог бы оплатить жене сиделку, она уже исчезла, — сказал Алекс.

— Куда? — воскликнули мы. — И как? Как мог исчезнуть живой человек?

— Подробностей я не знаю, — покачал головой Алекс. — Может быть, она умерла. Может быть, это случилась там же, в сумасшедшем доме. Думаю, что так и случилось. Потому что я не слышал, чтобы Толя собирался ее оттуда забрать. Но лично я избегал расспрашивать Толю о его жене. Потому что у Толи всякий раз делался такой несчастный бегающий взгляд, что мне становилось его жалко. И я вовсе не хотел терзать его своим глупым любопытством.