Дверь открылась: за ней стоял немного полноватый, но очень высокий мужчина в пестром клетчатом пиджаке и брюках, лысый и белобородый. Человек посмотрел на Диввера и сделал жест, приглашая его войти.

– Заходите и присаживайтесь куда-нибудь. Я вас оставлю на минуту.
– Он прошел в глубь фургона.

Диввер кивнул великану, уже спускавшемуся по ступенькам:

– Спасибо.

Раскоряка помахал рукой и направился к своей груде канатов. Диввер сглотнул, поднялся по ступенькам и вошел в фургон. Внутри почти все пространство занимали четыре письменных стола, стеллажи и ящики. Там, где стены были свободны от мебели, бюллетеней и окон, висели яркие рисунки диких зверей, каких-то странных людей и золотисто-белого космического корабля, украшенного необычными узорами. В дальнем углу фургона в комфортабельном кресле сидел белобородый человек. Рядом с ним стоял высокий, худой мужчина в черном костюме. Отыскав взглядом свободный стул, Диввер опустился на него и выжидающе посмотрел на людей.

Бородатый кивнул худому:

– Валяй, Ловкач.

– Так вот, мистер Джон, я ценю ваше предложение, но дорога уже утомляет старика. На "Барабу" я чувствую себя неплохо, однако путешествовать по планетам - это уж слишком.

Мистер Джон покачал головой:

– Не хочу терять тебя. Ты лучший в своем деле.

– Был, мистер Джон. Был.
– Худой покачал головой.
– Мне тоже неохота уходить и оставлять вас в состоянии войны с "Арнхайм и Бун", но ничего другого не остается. Мне нужно отдохнуть.

– Ты уверен, что все решено?

Ловкач кивнул:

– Дело не представляло никакого труда.
– Он пожал плечами.
– Эти ребята настоящие простофили.

Мистер Джон сложил руки на животе и улыбнулся:

– Не будешь скучать без цирка?

– Уверен, что буду. Надеюсь только, что работа окажется интересной. Она не связана с цирком, но такому, как я, разводиле есть чем заняться.

О'Хара поднялся и протянул руку:

– Удачи тебе и не забывай о нас.

Худой пожал руку мистеру Джону, повернулся и вышел из фургона. Диввер поднялся и приблизился к столу, за которым сидел белобородый.

– Меня зовут Диввер-Сехин Тхо. Я пришел по объявлению.

Некоторое время Хозяин смотрел куда-то вдаль, затем перевел взгляд на посетителя. Диввер увидел, что под густыми белыми бровями у него голубые глаза.

– Диввер-Сехин Тхо. Что ж, это ненадолго... Знаете английский?

– Да.
– Пендианец посмотрел на дверь и опять на Хозяина.
– Вы не возражаете, если я задам вопрос? Кто такой разводила?

– Советник по юридическим вопросам. Занимается тем, чтобы нас не запретили, работает с полицейскими, политиками. Не знаю, удастся ли когда-нибудь найти ему замену.
– Он подался вперед, поглаживая бороду. Разбираетесь в законах? Знаете, как положить сахар, чтобы было послаще?

Пендианец пожал плечами:

– Нет. Я пришел по объявлению. Вам нужен умеющий читать, писать и говорить по-английски. Я занимаюсь этим в Бюро жалоб.

– Хм.
– Хозяин откинулся на спинку стула.
– Так как, вы говорите, вас зовут?

– Диввер-Сехин Тхо.

– Хм.
– Хозяин погладил бороду.
– Послушайте, Диввер, я думал о человеке... землянине.

– Мне представляется, что у вас неправильная точка зрения. Те существа, которых я видел на площадке... многие из них едва ли похожи на людей!

О'Хара рассмеялся и кивнул:

– Да, у нас тут разнообразие размеров и форм.

– Особенно это касается той, с двумя головами.

– О, На-На выступает в детском шоу. Тем не менее она человек.
– Хозяин подался вперед.
– Мне нужен кто-то, кто занимался бы маршрутным журналом. Наш цирк первым ступил на звездную дорогу. Прошло всего два года, а уже более тридцати компаний, называющих себя шапито, занимаются тем же самым. Большинство из них не с Земли, но и те, которые оттуда, представляют собой не более чем летающие выставки технических трюков.
– Хозяин ткнул пальцем в сторону Диввера.
– Я не желаю, чтобы труппа забыла о том, что такое настоящий цирк.

– Но какое это имеет отношение к маршрутному журналу?
– спросил Диввер.

О'Хара снова откинулся на спинку стула, расстегнул пуговицы пиджака и оттянул желтые широкие подтяжки.

– Так вот, Скивви, маршрутный журнал - это регистрационный журнал цирка. Что-то вроде судового журнала. В него ежедневно вносятся записи, которые показывают, где мы находимся, что происходит, в какой мы форме. О'Хара щелкнул подтяжкой и снова ткнул пальцем в сторону Диввера.
– Но от своего вахтенного я хочу большего, будь он человек или... не человек. Я хочу, чтобы журнал стал летописью. Мне нужен тот, кто напишет историю нашего цирка. Ну, как?

Диввер почесал подбородок.

– Интересно, что случилось с тем, кто занимался этим раньше.

– Убит на Масстоуне. В конце прошлого сезона.
– О'Хара нахмурился. Потом журнал вел я, но у меня получается не так, как хотелось бы.
– Он изучающе посмотрел на пендианца и, подумав, кивнул: - У вас, пендианцев, как я слышал, хорошее зрение.

Диввер подался вперед и, понизив голос, произнес:

– Должен сказать, у меня есть серьезные сомнения насчет этой должности.

– Какие сомнения?