Следом за ними попытался войти и юный жрец в черной рясе, но Кир проткнул его кинжалом и выбросил из комнаты. Он не хотел, чтобы в комнате находился черный камень.

Почувствовав, как кто-то осторожно поднимается по лестнице, он замер, а затем услышал сдавленный вскрик и удаляющийся топот.

Кир усмехнулся, вытер меч простыней, потом вытащил тела стражников в коридор и уложил их так, чтобы они образовали небольшую баррикаду. После этого он ментально осмотрел гостиницу, но больше не почувствовал ничего угрожающего.

Кир отпил вина из кувшина и снова сел на стул. Ждать на этот раз пришлось недолго. Снова забухали шаги по лестнице. Приближался отряд человек в десять. Он подождал, пока они не остановились около его импровизированной баррикады, и выскочил из комнаты. Зарубил первого, видимо командира, если судить по богатой броне, и отсек руку следующему.

Стражники испуганно попятились, но он, перескочив через тела, убил еще двоих, одного за другим. Оставшиеся воины буквально посыпались по лестнице.

Снизу послышались стоны и ругательства.

«Надеюсь, что кто-то сломал себе ногу, а может быть, шею», – с удовлетворением подумал он и осторожно выглянул из коридора вниз, в таверну. И едва успел отпрянуть – пущенная снизу стрела, дрожа оперением, воткнулась в бревенчатую стену.

Во дворе Кир также почувствовал присутствие людей, и, осторожно выглянув в окно, снова едва увернулся от стрелы. Стража, похоже, собиралась со всего города, уже сейчас их было около полусотни.

Скоро появились и два жреца.

Он на всякий случай заложил окно соломенным матрацем, собрал все оружие стражников, чтобы оно было под рукой, и сел передохнуть.

Он стер с лица и рук чужую кровь и, отрезав кусок мяса, безмятежно стал его жевать. Мясо было жестким и непрожаренным, и Кир пожалел, что среди нападавших не было хозяина таверны.

Кир находился в том странном состоянии, которое он про себя называл боевым. Его отвращение к убийству, эмоциональное ощущение боли и страха тех, на кого он нападал, исчезло. Он как будто был закутан в плотный кокон, сквозь который не проходило ничего, кроме ментального ощущения находящихся поблизости людей.

Он не испытывал никаких эмоций, его мозг сам защищал себя от перегрузок. Самое страшное начиналось, когда адреналин в крови исчезал и мир со всеми красками и эмоциями волной накатывал на него, и поэтому сейчас он искусственно поддерживал в себе это ощущение кокона.

До утра была еще одна попытка нападения, которую он встретил почти с радостью, так как он уже с трудом поддерживал свой внутренний настрой.

На этот раз первыми пошли жрецы. Они использовали магию, но Кир успел бросить две звездочки до того, как его прижало к полу. За жрецами пошли стражники.

Двое попытались напасть на него сзади через окно. Один забрался в его комнату, другой в соседнюю.

Кир ожидал этого и ментально прослушивал пространство вокруг, хоть это и требовало постоянного усилия. Звездочки опять помогли ему. Он огорчился, потеряв одну из них вместе со стражником, вывалившимся из его окна.

Взошло солнце. Кир дремал, сидя на стуле, и ждал, что же нового придумает стража и жрецы. За эту бурную ночь он получил только одну легкую рану на руке и был готов к продолжению боя.

Неожиданно Кир почувствовал приближение мощного черного облака злобы. Прибыл жрец, занимающий высокое место в жреческой иерархии. Послышались торопливые шаги под окном и в таверне.

– Чужеземец! – вдруг услышал он громкий уверенный голос с внутреннего двора. – Я, верховный жрец Багра, пришел поговорить с тобой. Спускайся вниз, тебя никто не тронет.

– Я не верю тебе, жрец, – крикнул Кир, спокойно допивая вино.

– Скажи, чужеземец, что помешает мне сжечь этот постоялый двор вместе со всеми обитателями, чтобы выкурить тебя?

«Ничего… Ты можешь сжечь целый город, чтобы только добраться до меня», – подумал про себя Кир и грустно усмехнулся.

– У тебя нет надежды, кроме той, что могу дать тебе я, – добавил жрец после паузы.

Кир осторожно выглянул в окно. Во дворе он увидел карету, недалеко от нее стоял жрец в черном балахоне, окруженный черными воинами, часть из них держали луки, нацеленные на окно.

– Что ты предлагаешь? – поинтересовался Кир.

– Хорошее обращение, изысканные яства и вино, разговор с нашим правителем, к которому ты так стремился, и легкую смерть в храме Багры. – Жрец был спокоен и деловит.