Швейцар встретил их без всякого удовольствия. Его работа в том и заключалась, чтобы проверять всех посторонних, входящих в дом, и не допустить, чтобы потом кого-то из жильцов нашли в лифте ограбленным и задушенным. И для него не имело значения, что двое посторонних представились детективами из 87-го участка. Швейцар любил полицию ничуть не больше, чем взломщиков и грабителей. Откуда ему было знать, что Юджин Эдвард Эрбах был взломщиком и, несомненно, очень удачливым. Он заявил детективам, что должен сообщить об их визите управляющему домами и настоял на телефонном звонке. Положив трубку, он сказал:

— О'кей, но только чтобы не было беспорядка.

Но именно это детективы и собирались устроить. Квартира Эрбаха находилась на десятом этаже, в самом конце коридора. Кроме нее на этаже было еще три квартиры. Эрбах выбрал апартаменты с видом на реку Харб. Одну из двух рек, опоясывающих Айсолу — Харб с севера и Дикс с юга. Квартиры, из которых открывался вид на обе реки, считались наиболее популярными, несмотря на то, что со стороны Харб окна выходили на большой жилой массив и аттракционы парка развлечений, находившиеся уже в соседнем штате, а со стороны Дикс — на серое здание больницы, расположенное на острове посреди реки, серию ощетинившихся мостов, ведущих в Калмз-Пойнт и Сэндс-Спит, и на тюрьму на соседнем острове. Из окна гостиной Эрбаха (помимо аттракционов и настойчиво мигающей рекламы) была видна вся дорога в верхнюю часть города — до самого моста Хэмильтон-бридж.

Карелла и Браун открыли дверь ключом, который им дал швейцар, вошли в квартиру и оказались в застеленной ковром прихожей. Напротив двери висело зеркало в позолоченной раме. Под зеркалом у стены стоял длинный узкий столик. Двери по обеим сторонам прихожей вели в комнаты. Детективы произвели поверхностный осмотр и установили, что всего в квартире четыре комнаты — гостиная, кухня, кабинет и спальня. Одна маленькая ванная находилась рядом с прихожей, другая примыкала к спальне. Они разделили квартиру на две половины — Карелле досталась прихожая, маленькая ванная, кухня и кабинет, Брауну — спальня, гостиная и вторая ванная. Приступили они к поискам части фотографии в полдень — в полночь все еще продолжали искать.

Они дважды спускались вниз за сэндвичами и кофе, Карелла в два часа, Браун — в семь. Проделали весьма тщательную и аккуратную работу, но так ничего и не нашли. Теперь же, вконец вымотанные, оба сидели в гостиной, Браун, — в кресле под торшером, Карелла — на вращающемся стуле от пианино. Мягкий свет торшера падал на огромный ковер зеленовато-мшистого цвета.

— Может нам скатать эту штуку? — сказал Браун.

— Какую еще штуку? — спросил Карелла.

— Ковер.

— Это солидная работа.

— Вообще-то это делается довольно просто, — сказал Браун. — Сначала кладут на ковер паркетины с гвоздями. Потом вбивают их в пол по всей комнате и цепляют на них весь ковер. Ты когда-нибудь видел, как работают эти ребята?

— Да, — сказал Карелла.

— У тебя дома есть ковер от стены до стены? — спросил Браун.

— Нет.

— И у меня тоже нет. Все, что есть у меня — это десять на двенадцать футов в гостиной. А у такого типа, как Эрбах — ковер от стены до стены. Как тебе это нравится?

— Предположим, мы не там ищем, — сказал Карелла. — Ты проверил книги?

— Каждую страницу.

— А выключатели? Ты их отвинчивал?

— Угу.

— С обратной стороны ничего не приклеено липкой лентой?

— Ничего.

Карелла посмотрел на торшер. — Абажур снимал?

— Да, и ничего. Да это и так видно, когда горит свет.

— Да, действительно.

— А как насчет поплавка в туалетном бачке? — спросил Браун. — Они ведь пустые внутри. Он мог...

— Я смотрел там, — сказал Карелла. — Ничего.

— Может быть нам все-таки скатать этот чертов ковер? — предложил Браун.

— Работа на всю ночь, — сказал Карелла. — Если уж этим заниматься, то лучше вызвать на завтра всю команду. А ты не заглядывал в пианино?

— Да, и в стул, на котором ты сидишь.

— А как насчет радиоприемника в спальне?

— Отвинчивал заднюю стенку — ничего нет. А телевизор в кабинете?

— То же самое, — Карелла улыбнулся. — Может быть, нам поступить так же, как делает мой сын, когда теряет какую-нибудь игрушку?

— А как он поступает?

— Он начинает рассуждать так: “Где бы ты был, если бы был пожарной машиной?”

— О'кей, где бы ты был, если бы ты был фотографией?

— В альбоме, — сказал Карелла.

— Тебе не попадался альбом с фотографиями?

— Нет.

— А где еще ты мог быть?

— Мы ищем клочок бумаги приблизительно вот такого размера, — показал Карелла, складывая большой и указательный пальцы в колечко размером около двух дюймов. — А может, и меньше. Он может быть спрятан где угодно.