Шрифт:
– Тот тип из полиции искал меня! Это значит, они что-то пронюхали и, видимо, знают, что произошло в комнате Аннабелля.
– Знают или не знают – мне плевать.
– Опять ты за свое. Валяй, играй в хладнокровие. Только помни, что мы уже по уши увязли, и пора кончать. Звони и делай все, как решили. Пора кончать.
– Позвоню, когда буду готов, – сказал мужчина. – Я только сначала поднимусь и проверю голубей. В такую холодную погоду...
– Чтоб они сдохли, твои проклятые голуби, – сказал Болто.
– Голуби – хорошие птицы, – спокойно возразил мужчина.
– Ладно, иди к своим голубям. Сожри их. Делай, что хочешь, но только позвони Бернсу. Давай уладим это дело. Не забывай, со всем этим меня связывает только...
– Тебя с этим многое связывает!
– Ничего ровным счетом! Это я и пытаюсь тебе вдолбить. Ты много наобещал, но пока я что-то ничего не вижу. Только полицию на хвосте. Где теперь твои обещания? Что стряслось с твоей великой идеей? Черт побери, в конце концов, кто тебе сказал, что щенок Бернса наркоман?
– Ты, Болто.
– То-то и оно. Долго ли мне ждать обещанного?
– Ты же получил рынок Аннабелля.
– Дерьмо! – крикнул Болто с остервенением. – Ты говорил о большом деле. И где же оно? Разве я не сделал все, как ты велел? Разве я не рисковал головой, договариваясь с девчонкой Эрнандес? Ты думаешь, легко было уговорить ее?
– Думаю, легко. Достаточно было помахать перед ее носом двадцатью пятью долларами.
– Нет, ошибаешься. Посложнее. Этот мальчишка был ее братом. И, я уверен, она не догадалась, что он не по своей воле ушел на тот свет. Как бы то ни было, хороший был парнишка. И зря ты с ним так.
– Другого выхода не было.
– У тебя было много выходов, – сказал Болто, – но я даже не хочу об этом говорить. Я ничего не желаю знать об убийстве, ничего. Аннабелль и его сестра – это твоя проблема. Не моя. Зачем тебе было резать...
– Заткнись!
– Ладно, ладно. Я только говорю, что в проклятом восемьдесят седьмом что-то пронюхали, и я должен подумать о собственной безопасности. Не собираюсь садиться из-за тебя или кого-нибудь еще. Если этот детектив начнет приставать ко мне, я никуда с ним не пойду. Никому не позволю обрабатывать себя в участке.
– А что ты сделаешь, Болто, если полицейский попытается арестовать тебя?
– Убью сукина сына.
– Кто-то говорил, что ничего не желает знать об убийстве.
– Я говорю о тех помоях, в которых купаешься ты. Я умываю руки. Но сначала я хочу получить обещанное. За наводку, во-первых, и за договоренность с девчонкой Эрнандес, во-вторых. Без меня ты бы никогда...
– Ты получишь все, что обещано. Знаешь, в чем твое слабое место, Болто?
– Нет, расскажи. Умираю как хочется услышать.
– Ты мелко мыслишь. Работаешь по-крупному, а все еще считаешь, будто роешься в помойке.
– Ну, конечно, ты у нас витаешь в облаках. Поздравляю. Извини меня за помойку.
– Начинай думать крупно, дурак. Как только я объясню Бернсу...
– Когда? Позвони ему, слышишь? Давай закончим дело.
– Только после того, как проверю голубей.
* * *
– Проверь у подсадных уток, – орал Бернс в переговорное устройство. – У тебя же есть осведомители, почему ты юс не используешь, Стив?
На другом конце переговорного устройства Карелла терпеливо вздохнул – он не понимал причин необычного раздражения Бернса в последние дни.
– Пит, я поговорил со всеми нашими осведомителями. Никто из них не знает человека по имени Болто. Сейчас я жду звонка от Дэнни Гимпа. Как только я...
– Неужели никто и никогда на нашем участке не слышал об этом Болто! – кричал Бернс. – Не могу поверить, чтобы отдел из шестнадцати детективов не мог найти вшивого толкача, который мне нужен. Извини, Стив, я не могу в это поверить.
– Но это так...
– Ты узнавал в других участках? Человек не может возникнуть из воздуха. Такого не бывает, Стив. Если он толкач, на него должно быть досье.
– Он может оказаться новичком.
– Тогда надо поискать в картотеке малолетних правонарушителей.
– Нет, я проверил, Пит. Может, Болто – это прозвище. Может...
– Зачем тогда мы держим картотеки кличек и прозвищ?
– Не горячись, Пит. Возможно, он еще совсем свеженький, какой-нибудь молодой хулиган, только что вошедший в дело. Поэтому и досье нет.