– Сука - Князев, слово не держит...

Зимагор его не понял, но уточнять и переспрашивать не стал, а повёл Мишукова к выхо-ду с вокзала. Лысый Гера и Сурок дожидались на привокзальной стоянке, сидя в "джипе" Сур-ка. При виде Зимагора с Мишуковым в компании, Сурок открыл дверцу и вышел навстречу. Зи-магор втолкнул Андрея в "джип", а сам остался снаружи, закурил.

– Рад видеть тебя в полном здравии, - поприветствовал Мишукова Лысый Гера.

Лицо Андрея просветлело.

– А, - сказал он.
– Это всё-таки вы...

– Надо же, узнал, - Гера наклонил голову.
– Ты чего, Андрей, сбежать решил?

– Это моё дело, - ответил Мишуков резко: увидев, что имеет дело не с правоохрани-тельными органами, а как раз наоборот, со своим собственным заказчиком, он осмелел.
– Я теперь вольный человек; хочу - дома сижу, хочу - в Москву еду.

– А как же работа?

– Меня уволили, - Мишуков мрачно усмехнулся.
– Я теперь безработный.

– Вот как?
– Гера, казалось, ожидал чего-то подобного.
– Кто уволил? Князев?

– Князев.

– В чём же причина увольнения?
– Гера был само миролюбие.

Мишукову не было никакого резона посвящать Геру в подробности инцидента, произо-шедшего в рабочем кабинете Князева. А уж тем более рассказывать о достигнутой догово-рённости.

– Сокращение штатов, - с лёгким сердцем соврал Мишуков.
– Я оказался наименее ценным работником.

Гера помолчал, в упор разглядывая Андрея. Он, конечно, не поверил в "легенду", но и выяснять ничего не стал.

Вместо этого Гера полез в нагрудный карман и извлёк плотный маленький конверт.

– Здесь пять, - сказал он.
– Три - как и договаривались. И две в качестве компенса-ции за опоздание. Надеюсь, эта скромная сумма несколько скрасит твой отпуск.

Мишуков нахмурился и конверта не взял.

– Работа не сделана, - заявил он.
– Я... не успел.

– Врёшь, - сказал Гера уверенно.
– Врёшь и не краснеешь.

– Зачем мне врать?
– Андрей пожал плечами.
– Деньги мне нужны. Если бы я сделал работу, то так и сказал бы.

– И снова врёшь. Ты сделал работу и знаешь результат. Тебе достаточно назвать фа-милию, и можешь отправляться хоть в Москву, хоть к чёрту на кулички.

– Да не знаю я результата, Герасим Николаевич. Хотел бы знать, но не знаю.

Гера задумчиво покачал головой.

– Зря ты так, Андрей, - сказал он.
– Зря... Сейчас я выйду и прогуляюсь к вокзалу: жарко, надо газировки купить. А с тобой посидит Эдуард Борисович. Он раньше в КГБ работал; там его научили показания из диссидентов выбивать. Не удивлюсь, если по моём возвращении, у тебя не будет хватать пары зубов.

Гера сделал движение к дверце, а Андрей побледнел.

– Не надо, - попросил он приниженно.
– Не надо. Я всё вам скажу.

"И зачем я с ним связался?" - с тоской подумал Мишуков.

– Вот и молодец, - сказал Гера.
– Вот и правильно. Говори.

Он положил конверт на сиденье между собой и Андреем.

– Перекрёстный статистический анализ показал, - быстро заговорил Мишуков, опустив глаза, - что единственной фигурой, удовлетворяющей условиям поиска, является некто Гуса-ков.

– Ого!
– не сумел сдержать возгласа Лысый Гера.

– Больше я ничего не знаю, - сказал Мишуков.
– И знать не хочу!

– И это тоже правильно, - одобрил Гера позицию Андрея.
– Забирай деньги - заслу-жил. Файл ты мне сделал?

– Сделал, но вы опоздали, и я его стёр. А дискету уничтожил.

– Что ж, обойдёмся без дискеты. Спасибо, Андрей. И хорошего тебе отпуска.

Мишуков зашевелился, выбираясь из автомобиля.

– Эй, - остановил его Гера, - Андрюша, ты конвертик позабыл.

Мишуков, уже оказавшись снаружи, наклонился и сказал, ищуще заглядывая Гере в гла-за:

– Я не возьму денег, Герасим Николаевич. И прошу взамен, чтобы моя фамилия нигде не фигурировала. Никогда.

– Могила, - пообещал Стрельцов.
– А деньги всё-таки возьми. Любая работа должна быть оплачена.

Мишуков поколебался, но жадность пересилила здравый смысл и, протянув руку, он за-брал конверт:

– Спасибо, Герасим Николаевич.

– Пожалуйста, Андрей.

Мишуков, не оглядываясь, ушёл к вокзалу, а Зимагор и Сурок заняли свои места: Сурок - за рулём, Зимагор - рядом с ним, в соседнем с водителем кресле.

– Раскололся?
– спросил Зимагор.

– Ещё как, - отвечал Лысый Гера.
– С треском. А сейчас все заткнулись - буду гово-рить с Грантом.