— Кажется, я знаю, о каком Ронни речь, — сказал парень. — Я сам его давно не видел.

— Что же ты о нем знаешь?

Парень снова посмотрел перед собой.

— Какой отличный вид отсюда, а? — произнес он. — Даже ночью. Особенно ночью. Удивительно. Днем я тут почти не бываю… Днем все как обычно. А ты ведь коп?

Ребус повернулся к нему, но мальчишка по-прежнему смотрел на залив.

— Я тебя сразу вычислил, — добавил он.

— Тогда зачем сел в машину?

— Из любопытства. К тому же, — он взглянул на Ребуса, — некоторые из моих лучших клиентов — работники правоохранительных органов.

— Это меня не интересует.

— Разве? А напрасно. Я несовершеннолетний.

— Я так и думал.

— Ну вот…

Юнец закинул ноги на щиток. На мгновение Ребусу показалось, что тот собирается еще что-то вычудить, и он напрягся.

Парень рассмеялся.

— Что с тобой? Думаешь, я собираюсь потрогать тебя еще раз? Не надейся, Джеймс.

— Так что же Ронни?

Ребусу хотелось не то вышвырнуть этого сопляка на мостовую, не то отвезти его в какой-нибудь теплый дом, к добрым людям. Но в первую очередь ему нужны были ответы на вопросы.

— Дай-ка мне еще сигаретку. — Ребус снова протянул пачку. — Почему ты про него спрашиваешь?

— Потому что он умер.

— С каждым бывает.

— От передозировки.

— Не новость.

— Вместо дури ему подсунули яд.

Парень помолчал.

— А вот это уже погано…

— Много в последнее время ходит отравленного порошка?

— Нет. — Он опять улыбнулся. — Только хороший. У тебя часом не найдется?

Ребус покачал головой. Все-таки лучше выкинуть его вон и надавать по шее…

— А жаль…

— Кстати, как тебя зовут?

— Никаких имен, Джеймс. И никаких наездов. — Он протянул руку ладонью вверх. — Мне нужно немного денег.

— Сначала ответы.

— Тогда гони свои вопросы. Но сперва неплохо бы получить небольшой задаток, а?

Ребус нащупал в кармане пиджака смятую десятку и дал ее мальчишке. Тот, видно, остался доволен.

— На пару ответов хватит.

Терпение Ребуса истощилось.

— Этого хватит на столько, на сколько мне будет надо.

— Ах, вот как?

Мальчишка как будто не испугался. Возможно, подумал Ребус, все это для него вовсе не ново.

— Много ли ходит товара? — спросил Ребус.

— Не очень. Но хватает.

— И Ронни в этих играх участвовал?

— Это уже второй вопрос, — ответил мальчишка. — Ответ — я не знаю.

— «Не знаю» не считается, — сказал Ребус. — И у меня еще куча вопросов.

— Раз так… — Парень потянулся к ручке дверцы. Ребус схватил его за шею и стукнул головой о щиток, прямо между ступнями, которые тот еще не успел опустить.

— Черт! — Мальчишка потрогал лоб, чтобы понять, не разбит ли он.

Ребус был доволен: максимум шока, минимум повреждений.

— Ты не имеешь права…

— Я имею право сделать с тобой все, что захочу, в том числе и сбросить тебя отсюда вниз головой. Рассказывай мне про Ронни.

— Нечего мне про него рассказывать. — Глаза парня наполнились слезами. Он по-прежнему тер лоб, словно стараясь стереть след ушиба. — Я его плохо знал.

— Тогда рассказывай, что знал.

Мальчишка всхлипнул и вытер нос рукавом куртки.

— Ну… в эти делишки влипло несколько моих знакомых.

— В какие делишки?

— Не знаю. Но дела крутые. Парни молчат, как могила, но по ним видно. Синяки, ссадины. Один неделю провалялся в больнице. Сказал — упал с лестницы! Хорошая лестница, этажей так на сорок!

— И никто ничего не говорит?

— Нет. Похоже, завязано на большие бабки.

— Что еще?

— Может, это совсем из другой оперы…

Юнец наконец раскололся. Ребус слышал это по его голосу. Теперь он будет говорить до второго пришествия. Ребус обрадовался: в этом районе города у него не было информаторов. А одна пара ушей могла решить все его задачи.

— Ну! — рявкнул он, входя во вкус.

— Да тут… В общем, прошел слух, что кто-то интересуется фотографиями. Но только чтобы в натуре, без липы.

— Порно?

— Ну, наверное. Слух какой-то смутный. Как всегда, испорченный телефон.

Ребус задумался. Вся эта история действительно напоминала игру в испорченный телефон. Информация только из вторых и третьих рук, ничего определенного.

— Что-нибудь еще?

Парень покачал головой. Ребус опустил руку в карман и, к своему изумлению, выудил еще одну десятку. Потом вспомнил, что, выпивая с Макколом, ходил к банкомату. Он протянул вторую купюру.