— Потому что их цивилизация более перспективна, чем ваша! — повысил голос Эска. — Потому что у инксов — в их измерении — уже не хватает жизненного пространства!

— Конечно! — вскричал я. — Инксов — в Межгорье, а всех людей — в сортир! И воду спустить! Да? Не будет этого! Твоя «перспективная цивилизация» вылетит отсюда как пробка из бутылки! Мы сметем их с лица земли! И не настолько уж они «перспективнее» людей, если Степь уже в Лиете! А завтра мы будем в Касге! И через два-три дня — в Лаоэрте!

— А потом? — спросил Эска. — Что дальше-то будет? Не задумывался об этом? А?

— Потом? Потом, возможно, мы отправимся к инксам, в их мир! — Эта мысль только что пришла мне в голову и сразу же показалась удачной. Я успел заметить, как нахмурился Эска при этом известии.

— Ты говоришь, — продолжал я, воодушевленный полученным эффектом, — что у них там перенаселение? Что им не хватает жизненного пространства? Ничего, мы сумеем сократить их численность! Я знаю, как пользоваться камерами перемещения, и я поведу Степь на инксов, в их мир!

— Зачем? — тихо спросил Эска.

— Затем, что это — подлость! — заорал я. — Ты решил, что инксийская цивилизация лучше и поэтому можно уничтожить людей! Это подлость! Преступление!

— Нет, Оке. — Эска покачал головой. — Это не преступление. Это всего лишь естественный отбор.

— Естественный?! Скорее уж искусственный!!!

— Я понимаю твои чувства, Оке, — мне неожиданно почудились грустные нотки в голосе Эски. С чего бы это, а? — Но я все-таки прав. Это действительно самый обыкновенный естественный отбор. Если бы люди сумели оказать инксам достойное сопротивление с самого начала, то все было бы иначе. Но люди слишком уж полагались на вас, на Бессмертных. Ты знаешь, что инксийская цивилизация на три тысячи лет моложе вашей? А ведь они уже превосходят вас в своем техническом развитии! Межгорье же превратилось в стоячее болото. И в этом есть значительная доля вашей вины. Вы постоянно гасите мелкие конфликты, не позволяя им перерасти во что-нибудь более значительное. Вы тормозите любую техническую мысль. Посмотри, даже такой примитив, как катапульта, здесь не был известен.

— И на этом основании вы решили заселить Межгорье инксами?! — Я постарался, чтобы мой вопрос прозвучал как можно язвительнее.

— Да. Прости, Оке, но это так.

— Жестокое решение.

— Не менее жестокое, чем твое, когда ты решил собрать Степь и начать эту войну. Ты знаешь, что в боях погибло уже около шестидесяти процентов населения Межгорья? За месяц войны — две трети населения! Тебя это не пугает?

— Ты не оставил нам выбора, — жестко произнес я.

— Нам! Скорее уж — тебе! — усмехнулся Эска. — Интересно, обратил ли ты внимание на то, что в Закриарье уровень развития за последние пятьдесят лет очень повысился? Они уже знают, что такое навигация, они уже вышли в море! Это все потому, что там не было Бессмертных. А ты погубишь Закриарье, как уже погубил Межгорье…

— Нет, Эска, — возразил я. — Я просто хочу освободить эту землю от инксов. Я не собираюсь диктовать Межгорью свою волю. Возможно, что ты и прав. Люди действительно слишком уж полагаются на Бессмертных. Я и сам над этим много думаю. И когда война закончится, я уйду в Сиузские горы и не буду вмешиваться в дела людей.

— Ничего не получится, — усмехнулся Эска. — Я знаю достаточно прецедентов. Кстати, и на Земле было нечто подобное.

— Что?! — поразился я. — На Земле?!

— Древняя Греция, — пояснил Эска. — Боги Олимпа. Если бы не наше вмешательство, там было бы то же самое, что и в Межгорье, — слаборазвитое в техническом отношении аграрное общество. Бессмертные боги Олимпа ничуть не лучше Бессмертных богов Сиуза.

— Я уже сказал тебе, что оставлю Межгорье в покое!

— Ты оставишь Межгорье… А Йорка? А полтора десятка других Бессмертных, о которых ты пока еще ничего не знаешь? Они еще очень малы, но они вырастут и придут в город Вечных — решать за людей их судьбу…

— Я не допущу этого, — возразил я.

— Сядешь на вершине Олимпа? Возьмешь на себя роль Зевса? Пойми же ты наконец, что единственная возможность для Межгорья не останавливаться в своем развитии — это ваше отсутствие! Люди должны жить на земле, а Прометеи, Зевсы, Оке и Йорки — в легендах. Сможешь ты загнать Йорку в легенды?

— При чем здесь Йорка?

— При том, что она тоже Бессмертная. И она не станет пускать жизнь в Межгорье на самотек. Если ты устранишься от дел, она займет твое место. Гера вместо Зевса — какая разница?

— Не преувеличивай наших возможностей, — буркнул я. — Мы все-таки не боги. И далеко не всемогущи…

— Олимпийцы тоже не были всемогущими, — возразил Эска. — Просто они тоже были Бессмертными и обладали способностью локально изменять течение времени — та же самая «песня смерти», как вы это называете. А за много лет это все просто обросло различными мифами.

— Ладно, Эска, — сказал я. — Чего же ты хочешь?

— Я вижу, что ты настроен очень решительно, — ответил Эска. — И я не собираюсь уговаривать тебя прекратить войну. Я также не верю и в то, что у тебя хватит сил не вмешиваться в дела людей. Поэтому я считаю Межгорье уже погибшим. Я думаю, что люди здесь постепенно одичают окончательно, полностью превратившись в ваших домашних животных. Единственное, чего я сейчас хочу, это прекращения бессмысленной бойни. Инксы сами уже не хотят жить здесь. Они тоже устали от войны. А мы нашли для них подходящий мир. Так что к завтрашнему утру мы уведем всех инксов из Межгорья. А потом я взорву камеры перемещения и полностью изолирую вас от остальных миров. Так что можешь объявить своим дикарям, что война закончена. Степь победила. Но эта победа — Пиррова. Живите здесь как хотите. Никто и никогда больше не войдет в ваш мир извне. И никто не выйдет отсюда.