– - С Семеновым мы на параллельных потоках учились. Сейчас он глава фирмы, а я вот здесь...
– - Паршин не докончил фразу, лишь неопределенно махнул рукой в сторону особняка. Последний разговор с хозяйкой еще довлел над ним. Затем он взял себя в руки и задал несколько вопросов по существу:

– - Что можете делать?

– - Все. От кладки до отделки. Плотницкие, столярные работы, подвесные потолки, натяжные потолки, циклевка паркета, плитку кладу...

– - А мрамор?

– - Приходилось, -- кивнул головой Михаил.
– - Установка сантехники, жестянщиком могу.

Паршин задал несколько чисто теоретических вопросов и убедился, что долговязый мужик с громадными ручищами действительно хорошо разбирается в профессии. Прораб сразу как-то поверил, что перед ним истинный мастер своего дела. В новичке не было суетливого мельтешения дилетанта, он себя не расхваливал: "Приходилось, работал, знаю", но за простотой ответов чувствовался опыт и талант.

– - Эй, Шалим! Подойди-ка!
– - позвал прораб появившегося на крыльце бригадира. Когда тот подошел, Паршин кивнул на Силина и сказал:

– - Вот, человек просится в бригаду, может, возьмем?

Силин всю свою жизнь не любил рыжих. Очень редко среди них попадались нормальные люди, все больше упрямцы и властолюбцы.

"Не возьмет", -- сразу понял он и оказался прав. И без того некрасивое, продолговатое лицо Шалима исказилось злой гримасой, он моргнул длинными белесыми ресницами и сухо отрезал:

– - Своими силами управимся.

– - Смотри, брат!
– - покачал головой Паршин.
– - До сдачи осталось десять дней. Если в срок не уложимся, то ты больше меня теряешь. Я-то на окладе, это вы на сдельщине. Обдерет вас мадам как липку.

– - Справимся, не впервой, -- буркнул рыжий и отошел к грузовику, с которого уже сгружали длинные рулоны линолеума.

Паршин обернулся к Силину и огорченно развел руками.

– - Извини, брат. Договор подписан с этими вот орлами. Мест нет.
– - И также отошел к машине, командуя, куда какой линолеум нести.

"Да, похоже срывается моя затея", -- подумал Нумизмат. Безнадежность и усталость просто подкосили его. Машинально он уселся на бортик фонтана, бездумно наблюдая за суетой строителей. Вскоре его окликнул рыжеусый, пришедший за раствором с новым напарником.

– - Ну шо, не взял?
– - спросил он.

– - Нет, прораб вроде не против, да бригадир ваш развыступался. И так, говорит, справимся.

Рыжеусый, Силин вспомнил, что его звали Мироном, отчаянно замотал головой, а его напарник откровенно засмеялся и высказал свое мнение:

– - Шалим делиться не хочет. Общак-то один на всех. Верно говорит Шпон, подохнем мы на этой хибаре.

– - А что, работы много?
– - поинтересовался Силин.

– - Выше горыщи, -- скупо отозвался Мирон, закидывая в носилки вязкий раствор.

– - Надо отсюда мне выбираться, -- вслух высказал свою мысль Михаил и запоздало посмотрел вслед уехавшему грузовику. Уже вечерело, тащиться обратно до платформы ой как не хотелось, особенно после такой неудачи.

– - А тебе куда ехать?
– - спросил напарник Мирона Сергунчик, невысокий мужичок в заляпанном раствором и краской комбинезоне.

– - К Казанскому вокзалу, недалеко от него.

– - А, далековато, а то подожди, часа через два за нами автобус приедет, правда, нам в другой район, Хорошево-Мневники.

– - Да какая разница, полчаса на метро.

– - Тогда сиди жди. Или вон в вагончик иди, там теплее.

– - Ладно, -- охотно согласился Нумизмат. Лучшего выхода он не видел.

Но "пазик" приехал лишь в восьмом часу вечера, и все это время строители, словно муравьи, не прекращали работы. Лишь раз они собрались в вагончике попить чайку и перекусить. Угощали крепким "купчиком" и Силина. Нумизмат пустил в ход все свое артистическое обаяние, так живо интересовался делами бригады, что скоро узнал почти всю историю строительства особняка Балашовых. Оказалось, что такая махина выросла всего за год. Начинали строить ее хохлы с "нуля" и тянули до сдачи "под ключ". Все это время они трудились по двенадцать часов в день без праздников и выходных, смертельно устали и соскучились по оставшимся в Запорожье семьям.

– - Скорей бы домой, -- вздохнул один из строителей.
– - Димке вон хорошо -ни жены, ни подруги. Хоть еще на год оставайся.

Все засмеялись. Димка, голубоглазый херувимчик с волосами, как пух одуванчика, скривил пухлые губы и важно изрек:

– - А я, может быть, и в самом деле здесь останусь. Женюсь на москвичке, всего-то и делов.

Чувствовалось, что парень хочет казаться старше, чем он есть, на вид ему было лет шестнадцать, не больше. Силин давно понял, что мальчишка в бригаде на подхвате: принести, отнести, поднести, сварить чай.