– - Не, при мне раз двоих убило, но их сразу, махом! А Шпон-то дышал, хорошо дышал, -- поделился опытом Сергунчик.

– - В землю его надо было закопать. Верный метод, проверенный.

– - Да ерунда все это! В землю его всегда успеют закопать.

– - Ничего не ерунда!...

Бестолковые разговоры прервал мрачный Шалим:

– - Хорош базарить, давайте по местам!

– - Раствор нужен, -- напомнил ему не менее сумрачный Мирон.

Бригадир заглянул в жерло бетономешалки.

– - Забирайте, должно хватить.

Подставили носилки, перевернули бетономешалку жерлом вниз. Шалим отверткой-индикатором включил двигатель. Тот снова странно взревел, рыжий дотронулся отверткой до станины, к которой и притянуло Шпона. Силин даже издалека увидел, как на ручке индикатора вспыхнул свет. Бригадир от души выругался. Его можно было понять. Именно он числился в бригаде электриком и отвечал за безопасность всех механизмов.

Начальник охраны и Паршин прибыли уже в обед. Седоватый, а Силин к этому времени узнал его фамилию -- Киреев, сразу пошел к своим подчиненным, давно отработавшим на объекте, а прораб медленным шагом направился к вагончику строителей.

– - Ну что, как там Пашка?
– - добродушно спросил Сергунчик, отламывая полбатона хлеба.

– - Умер ваш Пашка, еще по дороге.

Силин заметил, что рыжий и Мирон ждали этого, для всех остальных новость стала потрясением.

– - Как же так, он же дышал?
– - растерянно развел руками Ренат.

– - Дышать-то дышал, да только мозг уже все, погиб.
– - После этих слов Паршин обратился к уткнувшемуся в свою тарелку бригадиру: -- Почему бетономешалка не была заземлена?

– - Будто сам не знаешь почему, -- вполголоса огрызнулся Шалим.
– - Спешка. Все быстрей, быстрей!

– - Будто долго забить в землю прут и обмотать его проволокой!

– - Куда забить? В фонтан? Там полметра бетона!

Рыжий бригадир рубанул рукой по столу, сметя на пол свою тарелку, резко поднялся и вышел из вагончика.

Проводив его взглядом, прораб спросил Мирона:

– - Что с бассейном?

– - А что с ним может быть? Нехай он провалится, сучий потрох. Доделали мы его, Шпон из-за последних носилок раствора сгинул.

– - Ну хорошо, тогда я вызываю машину, и мы отправляем им это железное дерьмо в ближайший овраг. А теперь все по местам.

Слово свое прораб сдержал. Уже с чердака Нумизмат наблюдал, как Паршин долго, на эмоциях разговаривал с бригадиром, затем подъехал грузовик, в него загрузили злосчастную бетономешалку и вывезли со двора.

"Слава Богу, теперь никто не поймет, отчего это у новенькой бетономешалки пробило движок. Не болтал бы парень лишнего, не лежал бы сейчас в морге. Ну, теперь можно сосредоточиться на главном." 7. ЗАДАЧА С ТЫСЯЧЬЮ НЕИЗВЕСТНЫМИ.

Уже за ужином Силин спросил у словоохотливого Сергунчика:

– - Слушай, а эти халтурщики из охраны часто с такими проверками приезжают?

Тот наморщил свой узкий лоб и начал припоминать.

– - Ну, первый раз -- как стены выгнали, еще до отделки, потом с месяц назад, значит, сегодня... третий раз. Боятся хозяева, что им микрофонов али телекамер насуют в стены.

– - А что вы так торопитесь именно к десятому ноября?

Теперь на вопрос Силина ответил сам бригадир:

– - У нашей ржавой мадам пятнадцатого числа день рождения. Вот она и хочет совместить приятное с полезным. И юбилей, и новоселье.

– - Так, выходит, у нас еще куча времени в запасе?! Если пятнадцатого...
– - обрадовался Михаил.

– - Ничего не выходит, -- прервал его рассуждения Шалим.
– - Наш срок десятого. Потом еще будут пахать дизайнеры, мебельщики и эти, как их... с растениями?

– - Флористы?

– - Да вроде. Так что на эти дни ты уже не рассчитывай.

После смерти Шпона в рыжего словно бес вселился. Он беспощадно гонял бригаду, срываясь на крик от малейшего вздора, но и сам пахал больше всех. Силин понял, что прораб поставил ему какие-то свои условия, и связано это было с гибелью Пашки. Еще два дня прошли в бешеном темпе, мужики просто падали вечером на свои матрасы, никто уже не жаловался на жесткое ложе, засыпали почти мгновенно. Лишь Силин лежал в темноте и подолгу думал о том, что же ему делать дальше, как вплотную подобраться к недостижимому финансисту? Порой Нумизмат просто скрипел зубами от досады, его всего корежило от сознания того, что он своими руками строит главному своему врагу роскошнейшую виллу! И при всем этом он Балашова в глаза еще не видел. Ну а если бы тот приехал, то что? Охрана у него наверняка похлеще, чем у женушки, даже пистолет вытащить бы не дали. Броситься под ноги, Христом Богом попросить вернуть коллекцию?

Силин усмехнулся, представив себе эту комическую ситуацию. Нет, сюда он приехал не просить, а возвращать свое, при этом наказав или... Нет, даже покарав этих заевшихся сволочей! Он не простит им ничего!

Нумизмат представил себе, как стреляет в Балашова и мозги стоимостью полмиллиарда долларов разлетаются вдребезги. Эта картина настолько понравилась ему, что он прокрутил ее в голове несколько раз.

"Любой простой работяга одобрит то, что я совершу. Я слишком хорошо знаю русский народ, я сам часть его. Он не любит тех, кто вылазит наверх по его костям, ненавидит всех этих кровососов. Так что если бы меня судил народ, то он бы меня оправдал..."