– Опиши камни, что находятся вместе с рубином, и скажи, где я могу найти их.

Призрачный дракон растаял, будто отправился на поиски. Немного погодя он ворвался обратно в туннель так стремительно, что на миг показалось, будто он снова ожил.

– Бриллианты Нссидры, – мечтательно сказал призрак. – Два десятка, оправлены в серебряную филигрань. Они обрамляют камень, который ты ищешь. Я вижу, что украшение у эльфийской женщины, пылающей, будто золотисто-рыжий факел среди стен из черного камня.

– Черного камня, – пробормотал Бриндлор, казалось, не слишком удивленный и вовсе не обрадованный этим известием. – Скажи мне вот что: этот черный камень стоит на могиле древних драконов?

Дракон искоса посмотрел на певца смерти, и призрачные клыки его сверкнули в улыбке.

– Ты уже знаешь ответ на свой вопрос, певец смерти, или не задал бы его. Прощай. Сложи о нас достойную песню.

С этими словами дракон исчез. Полудракон тоже убрался назад в пещеру. Его безумное бормотание перешло в странную, бессвязную, немного заунывную песню на языке, которого Горлист никогда не слыхал.

Он резко развернулся к певцу смерти, лицо его горело от гнева.

– Всего четыре вопроса, и ты потратил один из них на то, что и так знал?

– А может быть, я надеялся узнать, что ошибаюсь, – криво усмехнулся Бриндлор, – но теперь, когда мы имеем имя мага, которого ищем, и ключи, что дал нам дух Паркса, пункт назначения становится отвратительно очевиден.

Для Горлиста он вовсе не был очевиден. На миг дроу позавидовал певцу смерти – его знанию мира людей, способности воспринимать другие расы и общаться со странными существами в странных местах. Все это давало знания, а знания давали преимущество.

Но он, Горлист, воин, а не певец смерти. Он будет сражаться, а не стоять в сторонке, сочиняя песни о делах других.

– Тебя наняли в отряд «Сокровищница Дракона» за знание Подлунных Земель, – коротко бросил он. – Отрабатывай свою плату и говори яснее.

Бриндлор согнулся в поклоне.

– Как прикажешь. Легенда гласит, что на месте города Глубоководье была когда-то цитадель драконов. Барды многих народов поют песни, в которых этот город упоминается как усыпальница древних драконов. В нем есть знаменитая башня мага, выложеннаяиз черного камня. Таким образом, похоже, что нам пора отправляться в Глубоководье – наведаться к башне Черного Посоха и похитить живущую в ней рыжеволосую эльфийку. Этот подвиг, когда он будет совершен, послужит оправданием моего жалованья.

Башня Черного Посоха, повторил про себя Горлист. Он не был знатоком по части Глубоководья, но даже он слышал об этой башне и царящем в ней маге.

Оправдание жалования, вот как? Если Бриндлору удастся придумать, как совершить это чудо, всех сокровищ дракона будет мало, чтобы достойно вознаградить его!

Неподалеку от пещеры, в которой покоились лишенные черепа кости Паркса, Лириэль и Фиодор с трудом пробирались по кишащему крысами туннелю, осторожно переставляя высокие деревянные ходули. Подставки для ног находились почти в трех футах от земли, а под ними дерево было смазано жиром, чтобы крысы не смогли вскарабкаться по нему. И все же оголодавшие твари буквально кишели внизу, залезая друг на друга в отчаянном стремлении добраться до недоступного живого мяса.

Лириэль на ходу скорчила гримасу.

– Меня начинает одолевать ностальгия по тем канализационным туннелям. Я уверена, что, если подумать немножко, я могла бы отыскать занятный способ очистить туннель от этой гадости.

Ее спутник пошатнулся и уперся рукой в низкий каменный потолок, чтобы удержаться.

– Никакой магии, – напомнил он ей. – Так приказала леди Квили.

– Приказала? – повторила Лириэль. – С чего это ты решил, что мы обязаны выполнять ее приказы?

– Это ее территория, – ответил он. – Ее слуга рассказал нам, что нас ждет в этом туннеле, и дал нам все, что нужно, чтобы миновать его.

Дроу отшвырнула особенно наглую крысу.

– И мы должны быть за это благодарны? А кроме того, в чем тут зло? Между клерикальной магией и заклинаниями магов – огромная разница.

– Я не знаю, какое зло могло бы из этого получиться, – согласился Фиодор, – но в данном случае предпочел бы и дальше оставаться в неведении.

Лириэль не настаивала. Неудачное заклинание телепортации Квили, последовавшее из-за него вторжение злобной богини дроу в цитадель Эйлистри – всё это было слишком ново и тревожно.

Внезапно крысы бросились врассыпную, вереща от страха. Фиодор спрыгнул на каменный пол и выхватил меч. Лириэль тоже оттолкнула ходули прочь, но воспользовалась прирожденной магией дроу, чтобы остаться в воздухе. Она вытащила из потайных ножен пару ножей и ждала.

Раздалось тихое шуршание, и на Фиодора кинулся паук размером с охотничью собаку.

Лириэль застыла, не успев метнуть нож. Она висела в воздухе, не в силах двинуться, как в ночном кошмаре, пока абсолютное табу нападать на пауков боролось с необходимостью защитить друга.