Белли открыла было рот, чтобы возразить, но неожиданно свирепое выражение на лице мужа заставило ее повиноваться., – Да, милорд, – кротко ответила она.

– И оставайся там дожидаться наказания, – добавил он.

Белли прикусила язык, с которого уже был готов сорваться язвительный ответ, и пошла в спальню.

Когда за ней закрылась дверь, Хью повернулся к своему другу:

– Это я виноват. Я сказал ей правду, потому что она заметила, как изменилась Алетта в последние дни. Прости меня, Рольф.

Рольф обреченно пожал плечами.

– Почему она не хочет стать вашей женой, сын мой? – поинтересовался священник.

Рольф объяснил.

– Ох-хо-хо, – вздохнул священник, покачав головой. Действительно, мужчина имеет власть над жизнью и смертью своей жены, и Святой Павел наказал женам повиноваться мужьям во всем. Но, увы, слишком много мужчин злоупотребляют властью, данной им от Бога. Женщины – слабый и нежный пол. С ними следует обращаться ласково, уважая их и почитая за способность дарить новую жизнь. Я разрешаю вам продолжить ухаживание за вашей дамой, сэр Рольф, но между вами не должно быть больше греха до тех пор, пока вы с ней не принесете передо мной свои обеты. А теперь ступайте и утешьте ее, ибо она огорчена. Ваши увещевания в конце концов принесут плоды. Я буду молиться за это.

Рольф поторопился в спальню Алетты, а отец Бернард обернулся к Хью:

– Милорд, мне кажется, вашу жену следует кое-чему научить. Я не завидую вам, но об этом необходимо позаботиться.

Кивнув, Хью угрюмо направился в спальню, где ожидала Изабелла. Когда он закрыл за собой дверь и демонстративно повернул ключ в замке, она яростно взглянула на него, но почувствовала в глубине души страх. Хью повернулся к ней.

– Ну, Белли, что ты можешь сказать о своем безобразном поведении по отношению к твоей матери и сэру Рольфу? – спросил он.

– Даже священник подтвердил мою правоту, – стала оправдываться Белли. – Моей матери не пристало вести себя, как уличной шлюхе, готовой лечь под любого мужчину, который шепнет ей на ушко нежные слова.

– Твоя мать не вела себя, как шлюха, – тихо ответил Хью. – Ты недавно познакомилась со страстью, Белли. Скажи мне, тебе это понравилось?

– Это чудесно! – выпалила Белли.

– Твоя мать тоже недавно познакомилась со страстью.

Она тоже считает, что это чудесно, иначе бы она не занималась любовью с Рольфом последние несколько недель, – сказал Хью. – Рольф безуспешно пытается склонить твою мать к замужеству. Я думаю, что со временем ему это удастся, но ты не имела права прилюдно обвинять их. Слава Богу, при этом не было слуг. Рольф – наш сенешаль. Ты могла бы повредить его авторитету. Ты оскорбила свою мать и вынудила отца Бернарда, который мог бы смотреть на это сквозь пальцы, запретить им любить друг друга под угрозой гибели их бессмертных душ. Ты вела себя как своенравный испорченный ребенок, Белли. И моя обязанность как мужа – наказать тебя. Похоже, у меня нет другого выбора. Снимай платье.

– Что?! – Белли в изумлении уставилась на него.

– Снимайте платье, мадам. Вам предстоит порка, – произнес Хью. – Вы вели себя как ребенок. И будете наказаны, как ребенок.

– Ты не посмеешь! – выдохнула Изабелла.

– Что, мадам? Дальнейшее сопротивление? – Хью угрожающе приподнял бровь.

– Разве ты сам не говорил, что не имеешь привычки бить женщин? – спросила Белли.

– Вы не оставили мне другого выбора. Изабелла, – сказал Хью. – А теперь повинуйтесь, мадам. Немедленно!

Белли онемела от удивления. Он действительно собирался наказать ее! Он собирался ее выпороть! От страха у нее засосало под ложечкой, но она ничем не выказала этого. Глядя прямо в глаза Хью, она медленно сняла платье и аккуратно положила его на кровать. Потом вопросительно взглянула на Хью, сидевшего на краешке постели.

– Иди сюда, – сказал он и, когда Белли встала перед ним, добавил:

– А теперь подними рубашку и ляг ко мне на колени лицом вниз, Изабелла. – Взгляд его был суров.

– Когда-нибудь я тебя убью, – сказала она.

– Но не сегодня, – ответил Хью, протянув руку и уложив ее к себе на колени. – Это, Белли, за твою мать. – И его ладонь тяжело опустилась на ее ягодицы. Белли взвизгнула, но скорее от гнева, чем от боли. – А это за Рольфа. – Последовал еще один шлепок – А это за меня! – Хью шлепнул ее в третий раз. – А теперь, чертовка ты невозможная, продолжай визжать! – приказал он. – Я хочу, чтобы все в зале поверили, что ты действительно понесла заслуженное наказание.

Белли услышала, что Хью колотит по чему-то ладонью, и в ужасе взвизгнула, но тут же поняла, что он лупит не ее, а матрас. Слезы облегчения полились у нее из глаз, и, стараясь унять их, она продолжала рыдать и всхлипывать так, чтобы это слышали те, кто сидел за дверью.

– Вот так! – громогласно объявил Хью. – Это научит тебя слушаться меня. Изабелла. Надеюсь, ты хорошо усвоила урок и впредь будешь вести себя с большим достоинством. В конце концов, ты ведь хозяйка Лэнгстона. – Затем, повернув Белли лицом к себе, он обнял ее и тихо произнес: