— Я там остановился.

— В водительском удостоверении написано совсем другое.

— Я поссорился с женой.

— Чем вы занимались в дальней комнате?

— Пили коку, — объяснил Паркер. — Я старый друг Джимми и зашел с ним повидаться.

— Где вы подружились?

— Мы вместе водили грузовики в Буффало.

— Почему это не записано в водительском удостоверении?

— Потому что я больше не вожу грузовики.

— Чем ты сейчас занимаешься?

— Сейчас я безработный. Работал на Острове, но меня уволили. Из-за этого и возникла ссора.

— Какая ссора?

— С женой. Я же вам говорил.

— Откуда тебя уволили?

— Из «Дженерал электрик».

Коп в нерешительности смотрел на напарника.

— Складная история, Джонсон, но у тебя подозрительный вид.

Паркер пожал плечами.

— Откуда ты так много знаешь о наркотиках? Ты сам заговорил о них, едва увидал нас.

— У этого района дурная слава, — ответил Паркер. — Я регулярно читаю «Пост».

— Ладно. Облокотись о стену.

Паркер облокотился о стену, и полицейский быстро обыскал его, потом сделал шаг назад и произнес:

— О'кей.

— Я чист, — сказал Паркер. — Можно теперь забрать свои вещи?

— Да.

Паркер взял со стола бумажник, мелочь и сигареты и рассовал все это по карманам, пока полицейские обыскивала Дельгардо. Разговорчивый полицейский кисло кивнул Паркеру и сказал:

— Можешь идти. Думаю, мы еще увидимся.

— Сомневаюсь, — возразил Паркер. — Я остановился в более цивилизованном квартале.

— Мы здесь не по собственному желанию.

— Все так говорят, — заметил Паркер.

— Двигай отсюда! — велел второй коп.

Паркер протиснулся между двух женщин, на лицах которых застыл ужас, и вышел из лавки. Испанки не поняли ни слова и думали, что Дельгардо вызвал полицию, чтобы арестовать их за воровство.

— Я ищу девушку, — сообщил Паркер.

Девчонка глупо ухмыльнулась.

— А я кто, по-вашему, — арбуз?

Паркер взял стакан с пивом и посмотрел на прохладный влажный круг, который он оставил на стойке.

— Я ищу особую девушку.

Проститутка вопросительно подняла брови. Она выщипала их и нарисовала новые, но не там, где нужно. Поэтому, когда она поднимала брови, под ними проглядывала темная полоса.

— Проститутку? Я не всех здесь знаю, бэби.

— Она работает по телефону, — объяснил Паркер. — И связана с организацией.

— Тогда я ее точно не знаю, — покачала головой девчонка.

Паркер допил пиво и жестом велел бармену вновь наполнить стаканы.

— Зато ты знакома с людьми, которые могут знать ее.

— Может, знакома, а может, и нет. — Когда бармен наполнил стаканы, она поблагодарила и спросила напрямик. — С какой стати я должна тебе что-то рассказывать? Я тебя совсем не знаю.

— Я что, похож на фараона?

— Не очень, — расхохоталась она — Ты не легавый, но может, ты хочешь ей что-нибудь сделать. Может, она наградила тебя каким-нибудь грибком или еще чем-нибудь.

— Я ее брат, — солгал Паркер. — Мы давно не виделись. Доктор считает, что у меня рак горла, и мне захотелось повидаться с ней. Сама понимаешь...

Это мой последний шанс.

Проститутка с испугом и жалостью посмотрела на него.

— Господи! Вот не повезло. Какой ужас!

— Я славно пожил, — Паркер пожал плечами. — Мне осталось шесть месяцев.

Поэтому я подумал, что нужно бы повидаться в последний раз с сестренкой.

Кроме нее и тетки, у меня никого нет. А к тетке я бы не поехал, даже если бы у нее было лекарство от рака.

— Господи, — повторила она и, нахмурившись, задумалась. — Можешь мне не верить, приятель, но я знаю, что ты сейчас чувствуешь. В нашем паршивом бизнесе все время приходится думать о здоровье. Мы с одной девчонкой жили вместе. Ей было больно глотать, и иногда она плевала кровью. Она думала, что у нее туберкулез. Я ее постоянно гнала к врачам. Когда она наконец пошла к ним, у нее нашли что-то на задней стенке горла и положили в больницу. Не рак, а профессиональное заболевание. Понимаешь?

Паркер кивнул. Ему было наплевать на сожительницу проститутки, но он надеялся разговорить ее саму.

— Может, она до сих пор лежит в больнице, — продолжила проститутка. — Я однажды отправилась проведать ее, и это было ужасно. Она превратилась в старуху. Не могла говорить и только хрипела. Это было шесть месяцев назад.

Больше я к ней не ходила. Наверное, сейчас ее уже нет в живых. Ей лучше побыстрее умереть, чтоб не мучиться. — Она вспомнила, с кем говорит, испугалась и закрыла ладонью рот.