Мария-Лаура почувствовала себя лучше, когда отвернулась от этих лиц давно умерших людей. Хорошо, что она все же приехала сюда и встретилась лицом к лицу с призраками из жизни ее отца. Она верила, что он одобрил бы ее поступок.

Мария-Лаура вернулась в свою комнату и увидела, что горничная распаковала ее чемодан, и невольно улыбнулась, видя футболки, платье, юбку и пару шорт аккуратно разложенными на полке роскошного платяного шкафа.

Ее простые вещи явно были здесь не к месту. Платяному шкафу Ребекки подошли бы вещи «от Кутюр», шляпные коробки и роскошные чемоданы от Виттона, а не ее старая зеленая сумка из магазина Л. Л. Бин.

Она надела купальник и нырнула в великолепный бассейн. Потом разлеглась на чудесном бамбуковом шезлонге под зонтом и стала чшть «ледяной чай», который принес другой китаец-слуга, и думать о Брэде.

Он вел себя с ней превосходно, сказала она себе. Он не мог бы выказать большее гостеприимство, симпатию, благородство, предложив часть ранчо Канон. Тогда почему у нее это странное ощущение, что что-то не так? Почему он так приветлив? Она стала вспоминать, что отец рассказывал ей о Кейнах: самое главное в их жизни-это ранчо Канои и их имя. Ничто больше не идет в сравнение с этим. Они могут даже пойти на убийство, чтобы удержать это в своих руках.

Тогда почему Брэд Кейн вдруг предлагает ей половину ранчо Канои? Это все равно что отдать ей часть своего сердца.

Мария-Лаура продолжала пить чай, все больше чувствуя странность ситуации. Брэд Кейн был настоящим бизнесменом. Он вовсе не филантроп или верующий христианин, не сумасшедший. Такое предложение было просто не в его характере. Он определенно знал, что ему нужно делать. Если он хочет отдать ей половину ранчо, то он явно что-то потребует взамен.

Предупреждение отца бесконечно всплывало в памяти. Она словно слышала его голос: «Не трогай лиха, пока оно тихо. Оставь прошлое в покое, не буди спящих псов, иначе они укусят тебя…» Что-то было не так. И вдруг ей расхотелось выяснять, что не так. Нужно просто бежать отсюда.

Мария-Лаура бросилась через райские сады к дому, в комнату Ребекки. Там она быстро сложила вещи, приняла душ, надела белую футболку, джинсы, красные сандалии и вышла на террасу, чтобы там дождаться Брэда.

Он вернулся в 12.30.

— Как приятно видеть хорошенькую девушку, которая дожидается моего прихода, -весело сказал он, наливая себе виски.

Он предложил и ей выпить, но она отрицательно покачала головой, размышляя, не ошиблась ли она все-таки. Он был таким спокойным, красивым, загорелым… и таким богатым. Он вел себя так, словно ему принадлежит весь мир. Тогда почему, спрашивал ее внутренний голос, почему он собирается отдать ей половину ранчо?

— Ты какая-то притихшая, Мария-Лаура, -сказал он, глядя на нее.

— Я устала. Так много плавала в бассейне, -ответила она.

— Мы можем поесть на газебо, -сказал он.

Она увидела очаровательную белую деревянную беседку на краю утеса. Он взял ее за руку, потом дружески обнял за плечи и повел к беседке, сопровождаемый доберманом.

Вонг принес кушанья, но Брэд предупредил его, что они сами обслужат себя.

На какое-то мгновение, оглянувшись вокруг себя, Мария-Лаура почти собиралась принять это предложение. Эти чудесные сады с тропическими цветами, изумрудные поля, рокочущий океан. Скажи она слово-и половина этого великолепия принадлежала бы ей. Но, взглянув на Брэда, Мария-Лаура заметила странное выражение его лица, холодное и отсутствующее, и мурашки побежали по ее спине.

— Давай поедим, -сказал он, вдруг улыбнувшись. Теперь выражение его лица было вновь нормальным, и она .сказала себе, что ей просто показалось: этот добрый взгляд не мог быть ледяным секунду назад.

Она принялась за салат, а Брэд словно и не был голоден. Он молча сидел и смотрел на нее, потягивая виски.

Черные тучи поднялись над океаном, закрыли солнце, и вскоре сильный ветер вздыбил волны, превратив их в огромные, смутно мерцающие горы. Мария-Лаура вздрогнула и нервно взглянула на него, размышляя, почему он так спокоен.

— Брэд, я думаю, мне лучше уехать утром, -быстро сказала она.-Ты чудесный хозяин. Спасибо тебе за то, что показал мне ранчо Канои и Калани, и за твое благородное предложение. Но я не могу его принять. Я просто не чувствую себя частью всего этого.

Брэд пристально смотрел на нее и молчал. Мария-Лаура почувствовала, как по спине поползли мурашки. Хотя Брэд Кейн смотрел на нее, казалось, что он ее не видит.

Мария-Лаура поднялась и нервно пошла к выходу из беседки. Облокотившись на перила, она посмотрела на океан, думая, что сказать, как нарушить странное молчание. Она обернулась к нему, чтобы опять извиниться за свой внезапный отъезд. И увидела пистолет, лежащий на стуле рядом с ним. Это было красивое оружие с полированной деревянной ручкой, отделанной серебром.

— Какой красивый пистолет, -сказала Мария-Лаура, удивленная, что раньше его не заметила.-Но кого ты здесь отстреливаешь?

— Предателей, -сказал он с ненавистью.-Сядь, Мария-Лаура Леконте.

Она вдруг почувствовала, что в воздухе появилось напряжение-опасность такая же материальная, как запах виски. Она, окаменев, смотрела на него.

— Я сказал-сядь.

В его голосе было что-то, что заставило ее подчиниться. Колени ее подогнулись, и Мария-Лаура упала в кресло напротив него.