— Добро пожаловать… — И открыл дверь.

— Ну спасибо, лейтенант! — усмехнулся Шафер. — Вы уверены, что ждали меня?

— Вам что-нибудь нужно? — спросил я.

— Полагаю, я могу пробыть здесь несколько минут? — сказал он. — Вы не возражаете?

— Я перестал возражать с сегодняшнего утра. Думаю, что вы можете войти.

Он последовал за мной в гостиную и плюхнулся на стул.

— Выпьете? — спросил я.

— С удовольствием, все, что угодно, но без содовой. Я дал ему стакан и сел напротив.

— Что у вас ко мне за дело, Шафер?

— Около получаса назад выпустили Флетчера, — сказал он. — Я думал, вам будет интересно узнать об этом.

— Выпустили? — Я попытался изобразить удивление. — Как же это случилось?

— Вы можете перестать паясничать, Уилер? — вскинулся он зло. — Это вы организовали?

— Думаю, вы не правы. Лучше расскажите все по порядку.

— Эта стриптизерша, — продолжал он, — эта Габриель… Она проделала все чудесно, но допустила одну ошибку…

— Ошибку?

Я надеялся, что мой голос звучал равнодушно.

— Это нисколько не повредило Флетчеру, — поспешно сказал он. — Вам не придется больше заботится о нем — его выпустили. Когда печатали на машинке ее заявление, ей задавали обычные вопросы: имя, профессия, адрес.

— Продолжайте!

Я уже понял, в чем дело.

— Ну, она и дала ваш адрес. — Шафер свирепо усмехнулся. — Вы бы видели лицо шерифа! Такое зрелище стоило месячного заработка… или даже карьеры копа.

— Итак, кто же вы? — спросил я. — Авангард похоронной команды?

— Рано или поздно вы об этом узнаете, Уилер. Я подумал, что хорошо бы первым оповестить вас. В этом городе вам не место, как, впрочем, и в любом другом. Думаю, вы довольно скоро убедитесь в этом. Поэтому можете вызвать плакальщиц и заняться собственным отпеванием.

Я допил свой стакан и закурил.

— Почему вы охотитесь за Лейверсом? — спросил я.

— Я за ним не охочусь, — холодно ответил он. — Единственное, что я хочу сделать, — это хороший репортаж, и я его сделаю. Я уже обещал написать и о вас, Уилер. И теперь у меня есть материал. Хорошая статья: увлекающийся коп, который не мог признать свою ошибку и поэтому состряпал алиби для убийцы. Просто чтобы доказать, что он прав.

— Сформулируйте это как следует, чтобы я мог подать на вас в суд за клевету, — попросил я.

— Клевета? — Шафер засмеялся. — Нужно иметь репутацию, чтобы быть оклеветанным, разве вы этого не знали? А какая у вас будет репутация после того, как я напечатаю свою статью? Девушка, чье показание сегодня освободило Флетчера, является стриптизершей в Лас-Вегасе и вашей любовницей. Вот факты, приятель! И вы считаете, что после этого у вас будет репутация?

— Ну, — сказал я, — спасибо за то, что вы наконец сформулировали свою мысль. У вас все?

— Вы были так упрямы тогда в баре, — тихо сказал он. — Самонадеянный лейтенант, честный парень из службы шерифа, который думает, что может поиметь меня и это сойдет ему с рук. Вы сделали грубую ошибку, Уилер, когда решили подразнить меня. — Неожиданно он поднялся. — Подождите завтрашнего выпуска газеты, приятель. Ваше имя появится там на первой полосе!

Он дошел до двери, открыл ее и повернулся ко мне:

— Знаете, Уилер, на этот раз вы заплатите за выпивку.

И он захлопнул за собой дверь.

Я подумал, что меня могли бы взять на работу в Вегасе вместо Макса.

Звонок зазвонил опять.

«Уилер, — сказал я себе, когда шел к двери, — в конце концов, ты только человек. И если ты стукнешь Шафера прямо в нюх, тебе будет о чем вспомнить долгие годы».

Я распахнул дверь и чудом сумел остановить кулак в дюйме от изящного носика Габриель.

— Ах! — Она залилась слезами. — Ты знаешь, я сказала такую глупость, когда у меня спросили адрес! Ты прав, ударь меня!

— Нет, я подумал, что это один парень, — сказал я. — Честно!

Мы вошли в квартиру, и Габриель опустилась на кушетку. Я готовил ей выпивку, пока она вытирала глаза.

— Этот шериф! Он очень похож на парня из Западного TV.

— Ты все хорошо проделала! Не беспокойся ни о чем. — Я подал ей стакан, чтобы подтвердить это.

— Я чувствую себя полной идиоткой, — сказала она. — Сразу же, сказав это, я поняла, что наделала, но было уже слишком поздно. Я думала, что шериф взорвется!

— Он просто позавидовал мне. Возможно, он хотел бы быть на моем месте — и чтобы ты назвала его адрес.