– С чего ты взяла? – усмехнулся я. – Просто для меня это неожиданно. Ты защищаешь человека, который стал жертвой преступников, а потом выясняется, что он сам преступник.

– Есть такая русская пословица – «Вор у вора дубинку украл», – сказала Ирина, наливая в чашку горячий кофе.

– Согласен. Просто никогда бы не подумал, что они занимались подделкой картин!

Ирина промолчала.

Вскоре мы закончили завтрак и поехали в город.

Подъезжая к центру, я предложил Ирине:

– Давай я довезу тебя до работы.

– Нет-нет, не надо! Я выйду раньше, на метро доеду – у нас оно рядом.

– Послушай, Ир, – я повернулся к ней, – мы с тобой еще увидимся?

– Почему бы и нет? Мне кажется, что мы прекрасно провели время! Мы же свободные, независимые люди… Если, конечно, ты меня не обманул, – Ирина пристально посмотрела на меня.

– О-о-о, это взгляд следователя, а я подозреваемый… И подозреваюсь в том, что женат? – улыбнулся я.

– У меня профессия такая – всех подозревать.

– Значит, согласно моей профессии, мне нужно всем верить?

– Да, конечно. Вот мы и нашли с тобой точки соприкосновения – наши профессии! Ладно, адвокат, звони! Телефон ты знаешь, – проговорила Ирина, выходя из машины.

Я развернулся и поехал в сторону офиса.

Вскоре появился Саша с пачкой газет в руках.

– Ну, что, командир, слышал информацию о Цветковых? – спросил он с порога.

– Да, по телевизору видел репортаж.

– Вот уже в газетах написали, – он бросил газеты на стол. Я начал просматривать их. Содержание везде было одно и то же: брат и сестра Цветковы подозревались в подделке картин русских художников и продаже их коллекционеру, алюминиевому предпринимателю. Кроме этого, сестра обвинялась и в нападении на сотрудников милиции при проведении следственных действий. А дальше шла информация, подействовавшая на меня словно разорвавшаяся бомба: основанием для возбуждения уголовного дела послужил тот факт, что Цветкова продала картину одному из олигархов, который впоследствии подарил эту картину самому президенту! Когда обнаружилось, что это фальшивка, разразился скандал.

– Да, круто они за нее взялись, кто бы мог подумать! – покачал я головой.

– А мне кажется, – сказал Саша, – что тут не было никакой подделки. Просто Кремнев решил на этом спекульнуть. Видишь, тут фамилия пострадавшего не называется – просто алюминиевый магнат, картина попала в коллекцию президента… Да, может, она никуда не попала!

– Или картина не эта, – продолжил размышлять я. – Да что угодно может быть. Погоди, у меня есть кое-какие знакомые. Сейчас я им позвоню.

Я позвонил своему знакомому, который работал в Администрации Президента, занимая там не очень высокий пост, но он был в курсе всех событий. Поинтересовавшись его здоровьем, я осторожно сказал:

– В сегодняшних газетах сообщили, что в коллекции президента оказалась поддельная картина…

– Ты что, веришь тому, что наши газеты пишут? – со смешком ответил чиновник. – Президент вообще не имеет никаких коллекций. Он не интересуется живописью.

– Я так и думал. Похоже на журналистские игры или на игры тех, кому это выгодно.

– А ты что, это дело ведешь?

– Нет, просто так поинтересовался…

Я положил трубку.

– Ну вот, Саша, как я и думал! Президент не собирает картины, и никакой коллекции живописи у него нет.

Саша пожал плечами.

– Может, просто не хочет говорить? – предположил он.

– Все равно, ход придуман правильный. Теперь к делу будет привлечено большое внимание. Только для чего это им нужно? – размышлял я вслух.

– Для того, чтобы упрятать Цветкову на более длительный срок.

Светлана Васильевна ехала в легковой машине на заднем сиденье в сопровождении двух оперативников. На нее снова надели наручники.

Время от времени она смотрела в окно. Машина проскочила Тверскую, свернула в сторону ресторана «Макдоналдс», в самом начале улицы. Проехав еще несколько метров, повернула направо и въехала в небольшой дворик, где остановилась.

– Все, приехали, – сказал один из оперативников. – Светлана Васильевна, выходите!

Она молча вышла из машины и направилась в сторону четырехэтажного серого дома, на котором виднелась вывеска: «МВД Российской Федерации. Следственный комитет».

В сопровождении оперативников она прошла мимо постовых, поднялась на второй этаж и двинулась по большому коридору со стенами, обшитыми панелями из искусственного дерева. Светлана Васильевна сразу обратила внимание, что у одной из дверей стоял стул, на котором сидел мужчина и нагло ей улыбался. Да это же Кремнев!

Кремнев встал и нарочито вежливо поклонился:

– Добрый день, Светлана Васильевна! Как настроение?

Тут Светлана Васильевна увидела, что он поигрывает ключами от автомобиля, и узнала свой брелок… Все ясно, ключи ему уже передали, значит, и все дело подстроил Кремнев, раз он тут сидит! Конечно же он!

Бросив на Кремнева взгляд, полный ненависти, она молча вошла в кабинет.

В кабинете сидел молодой парень и что-то набирал на клавиатуре компьютера. Светлана Васильевна молча села на стул.