Сунув оружие в карман, Солоник открыл дверку и коротко бросил Оксане:

– Выходи и иди вон к тому джипу...

Та послушно вышла и двинулась в сторону «Тойоты», белевшей неподалеку.

– А теперь опять слушай, и слушай внимательно. – Солоник, прищурившись, снова обратился к грузину: – Вали отсюда и, если не хочешь в своей жизни проблем, никогда больше не попадайся мне на глаза.

– Нет вопросов, нет вопросов, – испуганно прошептал Резо и, неожиданно с хитрецой взглянув на собеседника, поинтересовался: – А где тебя завтра можно найти, чтобы как следует извиниться?

Солоник не удостоил его ответом. Круто развернувшись, он направился к своей машине, рядом с которой, переминаясь с ноги на ногу, стояла Оксана...

– Зачем ты это сделал? – прошептала девушка, когда джип выехал с паркинга.

Саша и сам не знал – зачем, для чего он назвался этому козлу своим настоящим именем.

Ради самоутверждения?

Чтобы нагнать страха на мелких торгашей, мнящих себя крутыми бандитами?

Из-за стойкой ненависти к этим тупым быкам в «адидасовских» костюмах?

Поступок, что ни говори, глупый, так может вести себя разве что пьяный пэтэушник на дискотеке в курганском Доме культуры, но не серьезный человек, находящийся к тому же в федеральном розыске.

Да и склоку он из-за кого начал, из-за кого назвался настоящим именем?

Из-за бабы – стыдно сказать...

Но отмотать время назад, переиграть было невозможно, и теперь оставалось лишь признать, что слово не воробей...

Саша, покусывая губы, сосредоточенно вел машину, ощущая на себе недоуменные взгляды спутницы. По всему было заметно: девушка хочет что-то сказать, о чем-то предостеречь, но происшедшее напугало ее настолько, что она не могла произнести ни слова.

Спустя минут двадцать белоснежный джип, свернув с трассы, неторопливо катил вниз, к виллам на берегу моря, огоньки которых разряжали чернильную темноту августовской ночи.

Оксана забеспокоилась.

– Куда ты? Чего ты хочешь?

Остановив машину, Солоник резко обернулся к ней и привлек к себе.

– Тебя... Тут и немедленно...

Блестевший в свете луны никелем джип стоял на краю крутого обрыва. Внизу, под темными скалами, плескалось море, лунная дорожка на водной глади казалась глянцевой, будто нарисованной.

Оксана судорожным движением расстегнула блузку – оторвавшаяся пуговица осталась зажатой между пальцами, и рука ее дрогнула.

– Спасибо тебе, – произнесла она, и в этой фразе Саша почувствовал и ее животный страх, и уважение самки, отдающейся более сильному самцу.

Она хотела что-то еще добавить, но Македонский не желал больше слушать ни слова. Мгновенно опустив спинку сиденья, набросился на нее и рывком сорвал с Оксаны одежду.

Наверное, никогда Резо не чувствовал себя таким оскорбленным и униженным, как теперь, после разговора с неизвестным парнем, назвавшимся странной кличкой Македонский. Никогда и никто еще не разговаривал с ним в подобной манере, даже не пытался.

Кавказец жил в Греции уже третий год и был человеком далеко не бедным. Он обладал определенным весом среди выходцев из бывшего Союза, а главное – изображал, будто бы является вором в законе, подчеркивая это кстати и некстати. В отличие от настоящих, патентованных законников Резо не отличался особой скромностью, когда заводил речь о себе самом.

Уроженец небольшого грузинского городка Марнеули, что неподалеку от Тбилиси, Резо сызмальства впитал в себя специфическую атмосферу местных базарчиков, пропахших дымом шашлычных и пыльных окраин. Для него «казаться» всегда было важней, чем «быть». Впрочем, это характерно для многих выходцев с Кавказа – казаться богатыми и уважаемыми, авторитетными, справедливыми.

После окончания кооперативного техникума Резо последовательно работал продавцом, водителем автобуса, таксистом, официантом, буфетчиком, рубщиком мяса на рынке в Тбилиси. Одно время был владельцем кооперативного кафе, а также мотался в Турцию, где на дрянных базарчиках и в мелких магазинах за бесценок скупал тряпье и втридорога перепродавал его на родине...

В 1992 году к власти в Грузии пришел Звиад Константинович Гамсахурдиа, столь же замечательный филолог и переводчик, сколь и недальновидный политик. Вскоре древняя земля Картли погрузилась в пучину мятежей. В Грузии разваливалось все, что можно, – бизнес заглох, народ нищал. Настоящее казалось кошмаром, но перспективы страшили еще больше, чем реальность.

Впрочем, несговорчивому Звиаду быстро нашли замену: бывший комсомольский функционер, бывший министр МВД и председатель КГБ, бывший первый секретарь ЦК компартии Грузии, бывший министр иностранных дел бывшего Советского Союза Эдуард Амвросиевич Шеварднадзе при помощи всемогущего грузинского мафиози Тенгиза Китовани и натурального вора в законе Джабы Иоселиани при не такой уж тайной, но крайне существенной поддержке Москвы развязали в этой замечательной солнечной стране кровавую гражданскую войну.