Иногда Джейн все же удавалось вынырнуть из этого состояния беспамятства, и всякий раз она видела возле себя Джейка. Порой она слышала звуки чьих-то голосов, которые расплывались, переходя в гудение, так что смысл слов не доходил до ее сознания. В какой-то момент, словно из ниоткуда, появился Саймон с подносом в руках и принялся уговаривать ее съесть хотя бы кусочек, но Джейн не хотелось есть. Целительное забвение манило, и она снова погружалась в этот мягкий дремотный плен.

Только после обеда, ближе к вечеру, действие лекарства начало проходить. Джейн открыла глаза и сразу почувствовала пульсирующую в висках тупую боль. «Успокоительное, наверное, было слишком сильным. Я вырубилась, как от удара дубинкой по голове», – вяло подумала она.

На этот раз рядом с ней никого не было, и девушка попыталась встать на непослушные, словно резиновые ноги. Золотистое одеяло упало на кровать, и она с запоздалым смущением обнаружила, что лежит абсолютно голая.

Джейн смутно помнила, как Доминик снял с нее купальник. Поразительно, но она почему-то при этом не испытывала ни малейшего стыда…

Вновь накинув на себя одеяло, девушка, спотыкаясь, добрела до комода, вынула коротенькую пижамку в зеленый горошек и быстро облачилась в нее. Затем почистила зубы и освежила лицо.

Но все-таки слабость валила с ног. Джейн, пошатываясь, еле доплелась до кровати. Рядом на столике она обнаружила термос с наваристым бульоном и выпила одну чашечку, надеясь, что это придаст ей сил. Но надежды оказались напрасными. Со сном по-прежнему невозможно было бороться, и она, накрывшись одеялом, мгновенно уснула.

Действие лекарства прошло, и сон стал менее глубоким, но зато теперь ее преследовали кошмары. Гигантская акула с несколькими рядами жутких острых зубов мчалась прямо на нее и вот-вот готова была схватить. Но каждый раз, когда она в ужасе мысленно прощалась с жизнью, Джейк Доминик бросался наперерез акуле… и погибал вместо нее!

Вновь и вновь повторялся этот страшный сон, пока Джейн наконец не проснулась от собственного пронзительного крика. И сразу увидела обеспокоенное лицо Джейка, который тряс ее за плечи:

– Да проснись же ты, ради Бога! Открой глаза! Ведь это только сон…

С невероятным облегчением Джейн прильнула к нему, обхватила руками за плечи и снова не смогла сдержать слез.

– Ты жив! – выдохнула она и, словно в подтверждение этому, услышала, как сквозь тонкую ткань рубашки бьется его сердце. – Я так… испугалась… что ты умер. Что она съела тебя!

– Со мной-то все в порядке, а вот ты меня беспокоишь, – сказал Джейк, вытирая ее мокрые от слез щеки, и притворно сердито добавил:

– Ну-ка немедленно прекрати плакать! Иначе утопишь всех нас в слезах, как Алиса.

Джейн невольно улыбнулась и по-детски вытерла лицо тыльной стороной ладони.

– Прости. Никак не могу остановиться. Так глупо!

– Очень, – подтвердил он и вынул из кармана носовой платок. – Вытрись как следует. Чего еще можно ожидать от такой несносной девчонки, как ты?

Джейн снова улыбнулась, отметив про себя, как идут Джейку эти синие морские брюки и белый спортивный пиджак.

– Теперь все, – уверила она его, старательно промокая платком мокрые от слез глаза. – Не сердись. Я просто никак не могла избавиться от этого проклятого кошмара. Так что можешь спокойно идти ужинать.

– Ужин был три часа назад, моя дорогая. Я зашел перед сном взглянуть на тебя.

Джейн скосила глаза и посмотрела на часы. Стрелки показывали одиннадцать. Значит, она проспала весь день и весь вечер!

– Ахмед просил передать тебе привет. Он собирается завтра навестить тебя – в том случае, если ты будешь чувствовать себя лучше.

– Но я уже сейчас прекрасно себя чувствую! И завтра с утра готова приступить к работе.

– Так прекрасно, что кричала от ужаса? – сердито бросил Доминик, всматриваясь в бледное личико Джейн. – Посмотрим, что будет завтра.

– Я же тебе объяснила: меня просто мучил кошмар, – напряженно проговорила девушка, и плечи ее невольно передернулись от неприятных воспоминаний.

– Еще бы! То, что ты пережила, наверное, еще долго будет преследовать тебя по ночам.