Шрифт:
– Очень хорошо, сэр. Будет готово примерно через неделю, я полагаю.
– Неделю! Оно мне нужно раньше.
– Когда же?
Риордан вновь улыбнулся, на этот раз с надеждой.
– К сегодняшнему вечеру!
Оскорбленный в лучших чувствах ювелир воздел руки к небу.
– Это невозможно!
Они начали торговаться о сроке, и Риордан не замутил, как у него за спиной открылась и закрылась дверь мастерской. Он умолк и обернулся, лишь почувствовав легкое, как перышко, прикосновение женской ручки к своему плечу.
– Привет, Филипп! Выбираете подарок для жены? Полагаю, до свадьбы у вас совсем не было для этого времени?
Клодия протянула ему обе руки, он машинально взял их в свои.
– Когда же вы вернулись? Ваше письмо пришло три дня назад, но к тому времени весть о вашей женитьбе уже облетела весь город. Мои поздравления. Надеюсь, вы будете очень счастливы.
Придя наконец в себя, Риордан взял ее под руку и отвел к окну, подальше от любопытных ушей хозяина ювелирной лавки. Впрочем, в голове у него было по-прежнему пусто.
– Вы прекрасно выглядите, Клодия. Это было чистой правдой.
– Значит, слухи дошли до вас раньше, чем мое письмо? Простите, я хотел сам вам сказать, но все произошло так быстро…
– Да уж, могу себе представить.
Он опустил взгляд.
– Вы, конечно, вправе на меня сердиться.
– Вовсе нет. Я, пожалуй, немного разочарована, но не сердита.
– Нет? Но ваш отец и леди Алисия, наверное, никогда меня не простят.
– Они в недоумении. Я им сказала, что мы с вами просто старые друзья. В конце концов, это ведь правда!
Ее улыбка была насмешливо-дружелюбной, и ему стало немного легче.
– Ну а теперь расскажите о себе. Вы счастливы? Вы надеетесь хорошо прожить жизнь с этой Кассандрой Мерлин?
– По правде говоря, Клодия, я и сам не знаю. Но я женат на ней и намерен приложить все усилия, чтобы мы были счастливы.
– Дорогой Филипп!
Во внезапном порыве она сжала его руки и легко коснулась губами его губ.
– Я желаю вам счастья.
В его ответной улыбке сквозило облегчение.
– Для меня ваши слова очень много значат. Вы всегда будете…
Тут вдруг лицо его побелело, приветливые слова замерли на языке. Он до боли, словно тисками, сжал руки Клодии. Она попыталась проследить за его обезумевшим взглядом, щурясь в косых лучах послеполуденного солнца, проникавших сквозь стекло витрины.
– Филипп, что случилось?
Риордан с неприличной поспешностью отпрянул от нее.
– Боже милостивый, я только что увидел свою жену!
А главное, она его увидела. Торопливо извинившись, Риордан выскочил за дверь и скрылся из виду прежде, чем Клодия успела сказать еще хоть слово.
По натуре незлая, Клодия все-таки была женщиной и потому, глядя ему вслед, не удержалась от улыбочки, полной торжества.
Риордан окинул взглядом улицу в обоих направлениях в поисках желтого платья, но безуспешно. Одно платье он заметил, но у его хозяйки были каштановые волосы. Должно быть, Касс зашла в магазин, чтобы избежать встречи с ним. Эта мысль заставила его скрипнуть зубами. Надо же было такому случиться – еще не прошел их медовый месяц, а Касс застала его целующимся с Клодией в витрине магазина!
В лавке обойщика ее не было, в магазине дамских шляп и у серебряных дел мастера – тоже. Он дважды обошел весь квартал, заглядывая в каждую витрину по дороге. Тут ему пришло в голову, что она могла вернуться домой. Повернувшись кругом, Риордан решительным шагом отправился на Портмен-сквер. Он не сомневался, что сумеет ее вразумить, объяснить ей все. Но объяснение откладывалось, и это бесило его.
Увы, когда он добрался до дома двадцать минут спустя, оказалось, что Кассандра еще не вернулась.
Зато его ждал Куинн.
– Скажи мне, что это не правда.
– Не могу.
Никогда в жизни Риордану не приходилось видеть своего друга таким расстроенным. На этот раз стальное хладнокровие изменило Куинну: он слепо метался взад-вперед от письменного стола до дверей библиотеки и обратно, то и дело хватаясь руками за голову, словно боялся ее потерять.
– Ты был пьян?
– Да.
– Боже!
Весь в черном, как на похоронах, Куинн зажал уши ладонями, не прекращая бегать взад-вперед по комнате. Его лицо было бледно, жидкие волосы всклокочены. Казалось, он постарел лет на десять с тех пор, как Риордан видел его в последний раз.