– Ну, это когда было. И не здесь совсем.

– Все, - вдруг сказала Мария.
– Она отпустила меня.

На столе пискнул зуммер. Дежурный офицер взял трубку.

– Господин маршал, - обратился он к начальнику штаба, - важное сообщение из южной зоны оцепления.

– Я сам, - сказал президент, устремившись к аппарату.

Голос в трубке захлебывался от волнения:

– Эффективность обстрела налицо... Разрывы ложатся вплотную к стенам... В бинокль видны повреждения...

Президент вздохнул и обвел взглядом присутствующих.

– Хорошие новости, господа. Кажется, наступил перелом.

Когда далеко за камнями мелькнули мундиры пограничной полиции, Тад развеселился.

– Ку-ку, беретнички, тю-тю, легавые!
– кричал он, брызгая слюной и показывая остатки гнилых зубов. Он подпрыгивал, хлопал себя по ляжкам, приставлял обе пятерни к носу, издевательски помахивая пальцами. При этом природная осторожность заставляла его ловко прятаться за каждым подходящим камнем.

Мария и Арви молча шли впереди. Полицейских уже не было видно. И казалось ли Таду, что вновь засвистели пули, или они действительно засвистели, только Мария остановилась. Тихо опустилась на землю.

– Мария!
– закричал Арви.

Темные глаза девушки смотрели в небо. Арви опустился на колени и медленно пополз к ней. Тад испуганно молчал, кусая костяшки пальцев.

Арви встал.

– Ты убил ее, ты!
– Арви невидяще надвигался на приятеля.

– Ты с ума сошел, - Тад пятился. Споткнулся, упал, в страхе вытянув вперед руку. Арви прошел мимо.

– Ты убил ее, - шептал он, - ты отнял у меня все - свободу, любовь, саму душу...

– О чем ты, Арви?
– взмолился Тад.
– Кто отнял у тебя душу?

Арви резко повернулся к нему.

– Мой отец.

– При чем здесь твой отец?
– Тад изумленно моргал.
– Ну и дела! А я-то думал, ты взъелся на него за то, что он тебя из дому выгнал. Президентский дворец как-никак.

– Дурак ты, Тад, - сказал Арви.
– Помоги лучше. Они нашли трещину в земле. Перетащили в нее тело. Навалили сверху горку камней.

– Ну что, пошли, - нерешительно сказал Тад. Арви молчал.

– Стемнеет скоро.

– Иди один.

– Как один?
– голос Тада дрогнул.

– Она отпустила Марию, но держит меня.

– Да кто же?

– Башня. Она зовет меня голосом Марии. И вот здесь - крючок, - Арви дотронулся до сердца.
– Тянет, так тянет. Понимаешь?

– Не уходи, Арви. Я один не хочу.

– Возвращайся со мной.

– Нет! Они убьют нас.

– Мне нужно туда, Тад. Не сердись. Когда в этой башне живет человеческая душа, она никому не дает стрелять. Понимаешь? Ты можешь не бояться, идти, куда задумал. Никто не причинит тебе вреда. У тебя все получится, Тад.

– Ну и уйду. Уйду!
– кричал Тад. Пена пузырилась на его толстых губах. Пропади ты пропадом, псих припадочный!

Арви повернулся и пошел назад, легко ступая резиновыми тапочками.

Сверху, на горном шоссе показались два джипа.

Советник прятал глаза.

– Я уверен, не пройдет и суток, его найдут. Главное, теперь точно известно, что он успел выпрыгнуть. Я думаю, он специально направил джип к обрыву, хотел сбить погоню.

– Умница, сынок!
– Президент возбужденно шагал по ковру.
– Так обвести вокруг пальцев всю твою хваленую службу. Если бы не эта скотина-бармен, он вообще преспокойно перешел бы границу.

– Возможно. Но он почему-то двигался в противоположном направлении. А этот тип пожадничал. Решил сорвать куш и с полиции. Он был уверен, что часы краденые.
– Советник протянул серебристый диск президенту.

– Я подарил их Арви в день его совершеннолетия. Все-таки он хранил их, сказал президент, лаская пальцами металл.

– Но не сохранил, - заметил советник. Глянул на президента и тут же пожалел о сказанном.

– Что за женщина была с ним?

– Некая Мария Синдер. Странное совпадение, но одно время она была в услужении у нашего почтенного изобретателя.

– Служанка? Впрочем, от моего идеалиста-сына этого можно было ожидать. Как он с ней познакомился?

– Не знаю. Вряд ли теперь это имеет значение.

– Да, жаль ее. А кто этот, второй?

– Так, бродяга. Вместе с Арви скрывался от призыва. Думаю, его скоро найдут.

– Оставь его в покое. Найди мне Арви. И смотри, чтобы не было стрельбы. Твои кретины обожают стрелять.

– Ты несправедлив. Они не стреляли, хотя могу себе представить, каково было сдержаться тому парню, которого Арви выбросил из машины. Дай они себе волю, Арви не ушел бы и на этот раз...