Господь благослови тебя.

С любовью и мыслями о тебе,

Селеста.»

Мне не хотелось ни с кем разговаривать. Я воспользовалась возможностью удалиться из дома, вышла и села неподалеку от озера, наблюдая за тем, как лебеди плавно скользят по его глади. Мне казалось, что Дьявол внимательно следит за мной.

Они были такими красивыми, грациозными, так вписывались в этот идиллический пейзаж. Кто бы поверил, что столь прекрасное существо может неожиданно превратиться в воплощение ненависти!

И все же это было так.

Впрочем, невозможно было также поверить в то, что сравнительно недавно я жила счастливой довольной жизнью, видя впереди лишь продолжение того же состояния, и что все это могло почти мгновенно перемениться.

Я еще долго сидела, глядя на озеро.

Я не стала рассказывать о полученном письме, не в силах заставить себя говорить о Джоэле. Белинда пребывала в эйфорическом состоянии и, само собой разумеется, не замечала перемен в моем настроении.

Я сидела и слушала ее бесконечную болтовню о предстоящей свадьбе, о старинном доме, который она скоро увидит, о медовом месяце, который они проведут там, где она захочет. Скорее всего, это будет Венеция.

Очень романтичный город. А, может быть, Флоренция. В любом случае — Италия.

— Моn реrе оказывается очень полезным, — сообщила она. — Он осторожно навел справки относительно прошлого и нынешнего положения Бобби… финансовое состояние и тому подобное, и выяснил, что все совершенно безупречно, даже по его французскому разумению.

— Как это замечательно! — бормотала я в ответ, продолжая думать о Джоэле, о том, как он решил пойти пешком в этот отель и ушел вместе с Джеймсом Хантером навстречу своей смерти.

Следует признать, я несколько ожесточилась. Жизнь слишком безжалостно обходилась со мной, но была добра и милосердна к Белинде, и я не могла не обижаться за это на судьбу.

У меня появилась привычка сидеть возле озера.

Мне доставляло удовольствие наблюдать за лебедями.

Несколько раз я отваживалась приблизиться к самому берегу, на территорию Дьявола, отступая, когда он направлялся в мою сторону.

Лебеди завораживали меня. Как ни странно, в эти дни, наполненные печалью, они помогали мне утешиться. Они как будто говорили мне, что жизнь не всегда бывает такой, какой кажется, и нередко случается так, что посреди полного счастья обнаруживается червоточинка, разрастающаяся в ужасную катастрофу.

Я часто думала о той служанке, которая, ни о чем не подозревая, вышла из дому, чтобы полюбоваться прекрасными лебедями, и подошла слишком близко к воде. В результате она подверглась жестокому нападению и потеряла глаз.

Я тоже была близка к несчастью… но меня спас Жан-Паскаль.

Как-то раз я сидела там, наблюдая за лебедями, и в это время подошел Жан-Паскаль.

— А, вот вы где, Люси, — сказал он, — Это озеро очаровывает вас, не так ли? Я начинаю думать, что вы влюбились в старого Дьявола.

— Он интересует меня. Он такой красивый и выглядит таким спокойным и безобидным, когда плавает посреди озера.

— Да, я тоже это чувствую, Люси. В последнее время вас что-то беспокоит.

— Меня? Извините.

— Здесь не за что извиняться. Я просто думаю, нет ли у вас каких-то неприятностей. Могу ли я чем-нибудь помочь?

— Вы очень добры ко мне.

— Принимать вас здесь — огромное удовольствие для меня.

— Скорее вам доставляет большую радость присутствие вашей дочери.

— Я думаю и о вас.

— Вы очень заботливы. Но мне кажется, что я злоупотребляю вашим гостеприимством. Думаю, мне пора домой.

— Это невозможно, Люси! А как же Белинда?

— Белинда вовсе не обязана возвращаться вместе со мной.

— Она будет ужасно расстроена вашим отъездом, Впрочем, как и я. Роберт вернется, как только уладит деловые проблемы, и тогда будет сразу объявлено о помолвке. Мне хотелось бы поговорить с вами о под готовке к свадьбе и так далее.

— Обо всем этом с вами поговорит Белинда.

В общем-то, я думаю…

— Люси, я уже давно хочу вам что-то сказать.

Я Полюбил вас. Я сознаю, что старше вас, но сердцем я молод. Люси, я хочу жениться на вас.

— Жениться!

— Кажется, вы удивлены. Мы ведь с самого начала ладили друг с другом, верно?