"…поотрезаю!"

И никто ничего не узнает. И никогда больше не увижу ни тебя, Валечка, ни тебя, Алешка. И вы сможете только плакать, но тоже ничего не будете знать. И никогда я вам больше не смогу сказать, что…

Никогда. Ничего. Никому.

"Никогда не говори никогда!"

Какого черта! Джеймс Бонд недоделанный. Дерьмолаз.

"Но тебя ведь больше никто не держит и не бьет! Руки связаны, но ты можешь встать, подойти к двери, может быть даже тебе повезет – она будет открыта, и…"

Только никуда я не пойду. И не встану. Я не могу вставать. И не хочу.

Пускай смерть будет быстрой. Пусть он застрелит меня в спину из пистолета. Ну в крайнем случае ножом. Только не бить снова. Не надо бить! Я ведь ничего плохого вам не сделал. Никому ничего плохого не сделал!

"Но вы поймите, эта обстановка…"

"Но, может быть, еще раз… последний…"

"Ей ты тоже ничего плохого не сделал. И многим другим, кто приходил до нее – тоже."

Почему я не могу просто отключиться и уснуть? Ведь насколько легче было бы! Почему?.. Зачем мне сейчас этот дурацкий, бессмысленный, постоянный сознательный самоконтроль?

"Потому что наличие сознания отличает человека разумного от…"

К черту!

Откуда-то слева доносится странное шипение.

Что это? Уже сильнее, громче…

Господи, только бы не змея! Ненавижу змей…

"Говори уже тогда прямо – боюсь змей! Сам себе-то ты можешь это сказать!.."

Но откуда здесь взяться ядовитой змее?

"А что мешает этому Чудному посадить в подвал ядовитую змею?!"

Нет, господи! Только не так! Только не так! Не хочу!

Ближе, еще ближе…

"Не стреляйте в пианиста – он играет, как умеет."

"Не стреляйте…"

Не знаю, откуда берутся силы, но я откатываюсь вправо – один раз, другой… Что-то хрустнуло – кажется, ребро сломал.

"Одним больше, одним меньше – не все ли равно теперь?"

Шипение становится громче и агрессивнее. Сердце бешено колотится в груди, каждый вдох и выдох причиняет боль. Но ведь, в конце концов, зачем я нужен этой дурацкой змее? Что она получит с того, что меня укусит? Да ничего. Тогда зачем ей меня кусать? Да низачем. Логика, однако!

"Человеческая логика. А какая логика у змеи?"

Лучше не шевелись. Может, не обратит внимания и проползет мимо?

А не все ли равно, умереть сейчас или через несколько часов? Даже лучше, если это будет сейчас. Тогда уже никто не успеет мне ничего поотрезать. Разве что на трупе.

"…трупе… Ты – труп. Представляешь картинку?"

Что-то опускается мне на правую щеку…

– А-а-а-а!..

Идиот, зачем кричать, зачем, зачем!..

Поздно! Да и нет никакой разницы.

Шипение становится громким, просто оглушительным. Да какое там шипение – больше похоже на… стрекотание…

…сверчка?

Дергаю головой, и что бы это ни было, но оно исчезает со щеки.

В груди что-то падает до самого желудка, ударяет меня изнутри и подымается обратно. Пронесло.

Выходит, я принял за змею какого-то маленького, безобидного сверчка! Ха-ха… Вот уж точно – смешно!

"Не обманывай только самого себя. Ты хочешь жить! Ты совсем не хочешь, чтобы тебя застрелили сзади из пистолета."

"Хочешь жить – но не способен сделать ничего, чтобы бороться за эту жизнь."

"Потому что ты – трус! Трус! ТРУС!!! И всю жизнь был трусом! И храбрости твоей хватает только на то, чтобы бросать в глаза всем приходящим к тебе на испытание обвинения в шарлатанстве."

Ничтожный трус. Вот она, правда!

Тут я осознаю, что плачу. На этот раз – не от боли…

Неужели судьба специально, в отместку, уготовила мне это испытание?

"Нет никакой судьбы. И ты это знаешь. Есть только двое громил, которые однажды подходят на улице…"

На что это опирается моя голова, интересно?

Осторожно пододвигаюсь ближе, чтобы можно было дотянуться и пощупать руками. И пальцы нащупывают нечто гладкое, но при этом покрытое чем-то…

Чем-то? Волосками, как…

ТРУП?! Значит, правда, что я не первый…

И тут сознание наконец оставляет меня…

– …Не спать!

Яркий свет, слишком яркий, чтобы на него смотреть. Не хочу открывать глаза.

– Я кому сказал, не спать! Быстро встал, паскуда!

Нога прикладывается к моему боку дважды, и дыхание сбивается. Заставляю себя открыть глаза, и вижу большое светлое пятно – наверное, от фонаря.

"Солнышко в руках…"

– Я должен дважды повторять?

"Сейчас кого-то будут убивать," – всплывает откуда-то в памяти.