– У вас есть что выбрать, - похвалил он хозяина магазина.

– Да, есть что выбрать и есть что купить.

– И много покупают?

– Немало, - улыбнулся хозяин.
– В основном парни вроде тебя.

– Вроде меня?

– Да. Парни с разбитыми носами.

– ????

– Их носы кровоточат так же, как и твой, и кровь заливает рубашки. Тогда им нужно переодеться, а мой магазинчик как раз по дороге. Этим летом торговля идет как никогда бойко.

Леандро с расстановкой спросил:

– Так что, из Хейвена возвращается много людей, у которых носом идет кровь?

– Много? Ха-ха! Безумно много! Боже, сколько их понаехало, когда хоронили эту даму, тамошнего констебля! Я думал, мне придется ехать во Флориду пополнять запасы товара.

– Это были жители Хейвена?

– Нет. Только приезжие.
– И задумчиво добавил: - О, каким фонтаном била кровь у одного мужика!

– А кто-нибудь об этом знает?

Хозяин поднял на Леандро мудрые, понимающие глаза:

– Знаешь ты, сынок.

6. ВНУТРИ КОРАБЛЯ

– Ты готов, Гард?

Гарднер сидел на крыльце, глядя на дорогу. Голос Бобби за его спиной прозвучал несколько неожиданно.

Готов к чему? Убить тебя?

Он встал, оглянулся и увидел снаряжение в руках Бобби. Потом он увидел ее улыбку. Улыбка Гарду не понравилась. Очень не понравилась.

– Ты видишь что-нибудь смешное?
– спросил он.

– Слышу. Слышу твои мысли, Гард. Ты, наверное, вспоминаешь какой-то фильм про убийство, - сказала Бобби.
– Поэтому, наверное, ты и подумал: "Готов к чему? Убить тебя?" Странно, я впервые смогла прочитать все твои мысли... Вот поэтому я и улыбаюсь.

– Ты начала шутить.

– Да. Так легче жить, - все еще улыбаясь, ответила Бобби.

Откуда-то из глубины подсознания пришла мысль: Теперь у меня есть ружье, Бобби. Оно лежит под кроватью. Я нашел его в Первой Реформистской церкви призраков. Опасная мысль!.. Но еще опаснее теперешняя способность Бобби беспрепятственно читать чужие мысли.

Улыбка на лице Бобби окаменела:

– И что же это за ружье?

– Думаю, ты сама мне это скажешь, - заявил он.
– А сейчас пойдем, Бобби. Кстати, что это у тебя с собой?

Бобби показала ему снаряжение. Это были два резиновых нагубника, подключенных к баллончику, и самодельные регуляторы.

– Мы наденем это, - сказала она, - когда войдем внутрь.

Внутрь.

В душе его всколыхнулось множество эмоций: неприятие, страх, удивление, отвращение.

– А что за воздух там, внутри?
– вслух подумал он.
– Он здорово отличается от привычного нам?

– Нет, не очень, - ответила Бобби. Сегодня она была загримирована по-новому, потому что теперь не считала нужным скрывать от Гарда произошедшие с ней физиологические перемены. Она выглядела просто ужасно, и в животе у Гарда возникло мерзкое сосущее ощущение.

– Он отличается только одним, - продолжала она.
– Гниением.

– Гниением?

– Корабль никто не открывал более двадцати пяти тысяч веков. Он был совершенно закупорен. Воздух в нем способен сразу же убить нас. Поэтому мы наденем снаряжение.

– А что в баллонах?

– Ничего, кроме нормального воздуха старого доброго Хейвена. Баллоны наполнены на сорок-пятьдесят минут работы. Думаю, этого времени нам хватит. Так ты готов?

– Мы действительно собираемся войти туда?

– Действительно.

Гарднер вдруг рассмеялся. Его руки и ноги неожиданно вспотели.

– Я страшно рад, - сказал он.

– Я тоже, - улыбнулась Бобби.

– Но в то же время мне просто страшно.

Таким же тоном Бобби добавила:

– Нечего бояться, Гард. Все будет в порядке.

И что-то в ее тоне еще больше испугало Гарднера.

Они ехали на тракторе через мертвый лес, и только звук мотора нарушал тишину. Разговаривать им не хотелось.

Остановив трактор у самого края ямы, Бобби секунду смотрела вниз, на металлический корпус, освещенный ярким солнечным светом.

Внутрь, - снова подумал Гард.

– Ты готов?
– снова спросила Бобби.

– Да, вполне.

– Помни, вхождение внутрь может убить тебя, - внезапно сообщила она.
– И дело не в воздухе - это мы предусмотрели. Мы просто не можем знать, что нас ожидает внутри.
– Она помолчала.
– Ну вот, теперь ты знаешь это.

– Да, - Гарднер смотрел на корабль, обдумывая одну вещь: Где мы окажемся, когда попадем туда?

– Надеюсь, все будет в порядке, хотя...
– вздохнула Бобби.
– Есть определенный риск.