Делать было нечего. Гарднер побрел в ванную, где стоял пузырек. В нем оставалось не менее тридцати таблеток. Если он примет все сразу, он умрет, - пронеслось у Гарднера в голове.
– И все подумают, что я кончил жизнь самоубийством.

Что лучше - самоубийство или смерть от выстрела из игрушки Бобби?

Вернувшись в кухню, он высыпал на ладонь несколько таблеток. Когда они подействуют? Через двадцать минут? Через полчаса? Он не знал.

Бобби заглянула в его ладонь:

– Еще столько же, Гард. Этих будет явно недостаточно.

– Странно...
– вслух подумал Гарднер, - все так обыденно, будто мы с тобой просто гуляем и разговариваем.

Новая и Усовершенствованная Бобби моргнула... и ее голос слегка дрогнул:

– Так и есть, Гард. Мы гуляем и разговариваем. И сейчас мы возвращаемся с прогулки. А напоследок я хочу рассказать тебе одну вещь. Без этого ты не сможешь ничего понять.

Гард думал о ружье. Сможет ли он застрелить Бобби? Поразит ли ее обычная пуля? Или, как в фильмах об оборотнях, нужна специальная, серебряная?

– Да, - сказал он.
– Ты расскажешь, и тогда я приму весь оставшийся валиум. Я хочу знать только одно: кто вы.

– Что ж, я попытаюсь ответить на твой вопрос, - медленно начала Бобби.
– И начать нужно издалека. Мне кажется, Томас Эдисон был более велик, чем Альберт Эйнштейн, потому что он понимал взаимосвязь и природу вещей. Мы... мы создаем. Создаем вещи. Мы не теоретики. Мы практики. Строители.

– Вы усовершенствуете вещи, - Гард подумал об управляемой с помощью телепатии пишущей машинке.

Бобби довольно улыбнулась.

– Усовершенствуем! Верно! Именно это мы и делаем. И сейчас мы усовершенствуем Хейвен. У нас огромный потенциал, как ты мог убедиться. Все наши усовершенствования питаются... питаются от органических источников энергии и от бактерий. Они долгосрочны и надежны. Не все люди способны на это. Но существует особая прослойка, люди, которых можно было бы охарактеризовать словом "сливки общества". Хотя даже Питер - всего лишь собака - тоже сумел создать кое-что полезное, а именно большое количество энергии.

– Причина, неверное, лежит в его духе и любви к тебе, - вставил Гарднер. Под столом он потихоньку взвел курок.

– Говорить о моральных аспектах того, что мы делаем, не стоит, продолжала Бобби.
– Важен аспект осуществляемых усовершенствований. Мы не имеем никакой истории, ни письменной, ни устной. Когда ты решил, что корабль потерпел крушение из-за возникшей на его борту потасовки, ты в чем-то был прав... но так или иначе это должно было случиться. Это подсказывает телепатия, Гард, одно из величайших завоеваний с момента сотворения мира. Иногда говорят, что телепатия от Бога, но скажи "Бог" или скажи "призраки" - ты назовешь одно и то же разными словами. Мы всегда существовали и всегда были готовы к борьбе. Готовы, как дети готовы поссориться из-за пустяка.

– Не произошло ли в Хейвене именно это - ссора из-за пустяка?

Но когда ссорятся дети, в ход никогда не идут пистолеты и ружья, хотелось добавить ему.

– Как у детей?
– Задумчиво переспросила она.
– Да, в чем-то мы как дети, но одновременно мы... мы - воплощенное величие.

– Да, в Хейвене вы доказали свое величие, - сказал Гарднер, даже не пытаясь скрыть сарказм.

Бобби улыбнулась.

– Иногда действительно приходится разрушать, потому что наступает время разрушений. Корабль, конечно, не мертв и никогда не был мертв, и когда я обнаружила это, мы... мы вернулись.

– И сколько же вас таких здесь - много?

Бобби пожала плечами:

Я не знаю.

И не хочу знать, - сказало это пожатие.
– Мы здесь. Здесь есть потребность в усовершенствованиях. И этого достаточно.

– И это все, что вы есть?
– Он хотел убедиться, убедиться, что они не представляют собой еще чего-то более страшного. Он боялся, что и так уже поздно, слишком поздно... но он должен был знать.
– И это все?

– Что значит все? Разве того, что мы можем, мало?

– Ничтожно мало, - ответил Гарднер.
– Жаль, что я потратил столько времени, почти всю мою жизнь на... на домового, - он демонстративно зевнул, стараясь вывести ее из себя.
– Жаль, что понял это только сейчас.

И в последний раз с издевкой в голосе он переспросил:

– Это все, что вы можете? Всего лишь мелкие усовершенствования?

– Жаль, что разочаровала тебя, - начала она, - но...

Гарднер поудобней перехватил ружье под столом и собрался было достать его, как вдруг... как вдруг защита, которую он поставил, чтобы скрыть свои мысли, разлетелась вдребезги, глаза Бобби округлились и засверкали, а ее голос, ментальный голос в голове Гарда, начал без остановки вскрикивать,