– Неужели? – недоверчиво рассмеялась Полин. – Значит, она умнее, чем я думала. Решила поиграть с тобой в кошки-мышки. В точности моя тактика, помнишь? Я заставила тебя ждать целый месяц, прежде чем отдаться. Долгожданная победа всего слаще, не правда ли?

До этого момента Дамон сам не знал, чего хочет от Полин и каково его истинное отношение к ней. Она была его любовницей последние несколько месяцев – всегда живая, веселая, готовая исполнить любую прихоть. Дамон никогда не лгал Полин, ничего не требовал и щедро заплатил за привилегию проводить с ней ночи. И хотя, отправляясь сюда, он не собирался окончательно порвать с ней, все же сознавал, что эта связь начала приедаться. Их объединяло, пожалуй, только чисто физическое наслаждение. Она не давала себе труда даже понять его стремления, мечты и надежды, а он, в свою очередь, никогда не пытался проникнуть в ее душу и помыслы.

– В таком случае зачем ты позвала меня? – осведомился Дамон с холодным безразличием, и Полин на мгновение застыла. Подобного она не ожидала.

– Решила узнать, каковы твои намерения, дорогой. Собираешься сделать Джессику Уэнтуорт своей новой любовницей?

– Это тебя не касается.

– Бросаешь меня ради этой твари? Очередная игрушка, красивая безделка, от которой ты скоро устанешь и тогда… тогда вернешься ко мне.

Самоуверенность Полин сегодня раздражала сильнее, чем обычно. Дамон никогда и никому не позволял отчитывать себя, а тем более ей!

– Если мне вздумается полюбить другую, – мягко объяснил он, – клянусь, твоего разрешения не понадобится!

– Прекрасно, милорд. Но будет по крайней мере дозволено спросить, что станет со мной?

Дамон оценивающе оглядел соблазнительно пышное тело. Не пройдет и недели, как эта пылкая страстная красавица найдет себе нового покровителя. Он не питал никаких иллюзий насчет ее нежных чувств к нему – Полин, кажется, вообще не способна любить. Вряд ли разрыв оставит ее безутешной и ранит сердце!

– Ты прекрасно проживешь и без меня, – ответил Дамон. – Сомневаюсь, чтобы при взгляде на тебя какой-то мужчина мог остаться равнодушным. Мы неплохо проводили время, и я не хотел бы в этот последний вечер ссориться и выяснять отношения. Не стоит портить такие чудесные воспоминания. Я позабочусь о том, чтобы оплатить твои счета. И не уйду без прощального подарка. Только скажи, чего желаешь: новый экипаж, драгоценности, дом… все к твоим услугам.

Их взгляды скрестились.

– У меня уже есть прощальный подарок, – с непонятной Дамону легкой иронией бросила Полин. Она медленно положила руку на слегка округлившийся живот и недвусмысленно погладила нежную ткань пеньюара.

Дамон недоумевающе уставился на любовницу, еще не сообразив, что именно она пытается объяснить ему.

– Что бы мне попросить? – раздумчиво пробормотала Полин. – Думаю, немного денег, а взамен обязуюсь больше ничем не беспокоить тебя. Вполне обычное соглашение. Что ни говори, в таком положении оказываются сотни женщин, в то время как мужчины легко отрекаются от всяких обязательств по отношению к матерям своих внебрачных отпрысков. Но я знаю тебя, дорогой. Ты не похож на других.

– Ты утверждала, что принимаешь необходимые меры предосторожности, – хрипло прошептал Дамон.

– Иногда это не помогает.

– Я хочу, чтобы ты пошла к доктору.

– Уже ходила. Можешь поехать к нему и самолично удостовериться. – Немного помолчав, она нерешительно добавила:

– Ты, конечно, волен не верить мне и отрицать свое отцовство, но я сказала правду.

Мастерский ход, даже если Полин и блефует. И глазом не моргнула, не покраснела, держится спокойно. Что, если она в самом деле не лжет?

Ребенок… Его и Полин. Дамон всеми фибрами души противился этой мысли. Он никогда не позволял себе заходить слишком далеко, не слыл распутником, не гонялся за каждой юбкой, и до сих пор ни одна женщина не посмела назвать его отцом своего внебрачного ребенка. Полин права: мужчины мгновенно забывали о беременной любовнице, и только некоторые платили за обучение и воспитание побочных детей.

Мороз пошел по коже Дамона. Он поспешно отвернулся, чтобы Полин не увидела его ошеломленного лица. Теперь он не вправе бросить ее! Они навеки связаны ребенком. Полин прекрасно все рассчитала: угрызения совести не дадут Дамону покоя, если он не позаботится о ней и младенце. Отныне их жизни тесно переплелись.

И конечно, Полин пошла на эту крайнюю меру, чтобы стать его женой. Долг и честь требуют:

Дамон должен сделать ей предложение. И он так и поступил бы, если бы не одно препятствие.

– Я не могу жениться на тебе, – горько улыбнувшись, признался Дамон.

– Понимаю твои колебания, дорогой, однако не забывай, что тебе нужен наследник, иначе титул после тебя получит брат. А кроме того, ребенку необходимы забота и уход.

– Я уже женат.

Впервые посторонний человек узнал секрет Дамона. Он стиснул кулаки, охваченный приступом, бессильной ярости. Будь проклят отец за все, что сотворил с ним!

В комнате воцарилось такое мертвое молчание что Дамон невольно обернулся. Лицо Полин стало пепельно-серым – то ли от бешенства, то ли от потрясения.