Росси отметила ногой место, отодвинула в сторону брата, примерилась и быстро заработала кистями—лопатками.

Комья твердой, слежавшейся земли полетели во все стороны. Чат отошел, чтобы не попасть под случайный булыжник. Молча стоял и наблюдал, как черное тело сестры стремительно исчезает в Тверди.

Посмотрел на свои руки. Сжал пальцы в кулаки, повертел их перед глазами. Покачал головой и вздохнул.

– Чат! – из дыры показалась довольное лицо Росси, уши прижаты к затылку, лопатки чуть испачканы влажным грунтом, на головных пластинах прилипшие комочки грязи – Все готово. Ты как всегда прав. Десять мер внизу Дорога. Та самая, к Пресному Озеру.

И исчезла. Хорошая девчонка, подумал Чат. Она прекрасно знает, что брат не любит, когда на него смотрят во время движения по вертикальным Дорогам. Если по простым он передвигается более менее сносно, то по этим…

Чат опустил в Дорогу ноги, потом туловище, на некоторое время задержался, настраивая дыхание, а затем бросил тело вперед.

Десять, шесть, три, два – пора!

Расставленные ноги и руки неприятно ударились о стенки Дороги, затормозили тело. И как всегда Росси обманула. Вертикальная Дорога никак не могла иметь десять мер. От силы восемь с половиной.

Тело не успело как следует затормозить, и Чат вылетел с верхнего выхода с приличной скоростью. Удар о землю оказался не слишком силен. Просто обидно видеть, как твоя сестра, уткнув в узкую талию обе лопатки, издевается самым наглым образом.

Как и любой десятилетний житель Подземелья Чат мог просто обидеться. От боли и злости. Но он не умел. Никто никогда не показывал ему, что такое возможно. Конечно, раньше Чат испытывал странные чувства, заставляющие глаза наполняться слезами. Но слезы – слишком драгоценная влага, чтобы разбрасываться ею из—за пустяков.

Вот и сейчас, Чат только растер непонятно защипавший нос, взбрыкнул ногой, вправляя на место вывихнутое при падении колено и угрюмо взглянул на сестру.

– Ты снова попался, Чат! – не совсем уверенная, что шутка удалась, Росси не стала слишком долго показывать свои зубы.

– Если ты еще раз назовешь меня этим дурацким именем, я не стану с тобой, девчонкой, возиться. У меня есть нормальное имя, а не эта кличка.

– Ну хорошо, Счастливчик. Сегодня я больше не стану ни шутить, ни обзывать тебя, – Росси слишком быстро согласилась, что бы поверить ей.

Дорога к Пресному Озеру шла под уклон, петляла между твердыми породами, то и дело спотыкалась о выступы и рытвины, оставленные подземными жителями. Иногда по сторонам разбегались узкие Тропинки. Но для Росси и Чата они не представляли никакого интереса. Обычно подобные ответвления заканчивались тупиками или, еще хуже, ловушками больших рогатых жуков. Для клана они не имели особой опасности, но встреча с ними всегда занимала много времени. А стоит ли тратить драгоценности только ради собственного утверждения?

Иногда, что случалось довольно редко, попадались вещи более неприятные.

– Тебе не страшно? – Росси шла чуть позади брата, уцепившись за его локоть.

Чат мог соврать, но ложь претила правилам Клана.

– Ничуть не страшнее, чем тебе, – вот так. Ответ не утвердительный и в то же время предельно правдивый.

– Мама рассказывала, что на запретных Дорогах иногда встречаются чудовища.

– А мама не говорила тебе, что самые страшные чудовища в этом мире Ночные Охотники?

Росси промолчала. Конечно, она знала наизусть все легенды и сказки о могуществе Ночных Охотников. И верила в них безоговорочно.

Но одно дело быть взрослым Охотником, а совсем другое маленькой десятилетней девочкой. Для того, чтобы стать настоящим Ночным Охотником, нужно многое узнать. А их даже ни разу не выпускали на Поверхность.

Чат взмахнул руками и, ни издав ни звука, пропал.

Росси еле успела отскочить в сторону от образовавшейся песчаной ловушки, в которую так неосторожно попался брат. Такое иногда встречается на Дорогах. Еще вчера Путь тверд и безопасен, а завтра в самом его центре скрывается песчаная яма.

– Счастливчик, ты как?

В ответ Росси услышала только тяжелое сопение. Она легла на живот, перегнулась через край и заглянула вниз.

Ловушка оказалась самой большой из всех, какие она до этого видела. Даже слишком большой. И соответственно столь же большим оказался хозяин. Вернее, хозяйка песчаной ловушки. Вечно белой твари с многочисленными мохнатыми лапами, здоровым брюхом и безобразной, глаза б не глядели, мордой. Животное совершенно беспомощное на ровной поверхности, но столь же опасное в своем родном доме. А сейчас она находилась именно в нем. Яма представляла для нее и жилище и орудие, с помощью которого она вылавливала невнимательных зверушек. Всего один укус выступающих челюстей и…