Шрифт:
– А прейскурант? – робко попросил я.
– Если не нравится, мы выкинем тебя с планеты бесплатно. В открытый космос.
Пришлось ударить по рукам. Все равно у парней ничего с моей «ласточкой» не выйдет. Если только на металлолом?
– И что мне теперь делать? – поинтересовался я, запихивая в карман тонкую пачку денег.
– Можешь пропить их в баре. Можешь сыграть в местном казино. А можешь купить какую—нибудь старушку на завтрашних торгах.
Я даже не переспрашивал. Все что нужно, известно. Есть бар, где можно раздобыть недостающую информацию. Есть казино, где необходимо выиграть требуемую сумму. И есть завтрашние торги, где, без сомнения, выставят Янину. Если девчонка до того времени не перегрызет им всем горло.
В первую очередь – в бар. Корабельная пища хоть и питательна, но ее обычно недостаточно много. А захваченные фрукты имеют свойство быстро портиться.
Первый же встречный мужик, от которого за версту разило спиртным, указал на местонахождение бара. Пришлось воспользоваться лифтом и заплатить за это удовольствие десять брюликов. Приятные цены. Развитое общество.
Местная забегаловка мне понравилась. Эдакий небольшой стадион, с круговой стойкой и многочисленными разноцветными бутылками. Наверняка контрабандными. Как и все на этой планете—притоне. Пышные девицы, виляя по сторонам широкими бедрами, разносили по столикам заказы и то и дело отвешивали подносами подзатыльники особо прилипчивым. Публика напоминала сборище воров, убийц, контрабандистов разных мастей. Встречались иногда и порядочные рожи. Такие, как я. Но в большинстве своем пьяные.
В общем, мне понравилось.
Пролистав грязное меню, я ткнул два раза пальцем в непонятные названия и добавил вслух:
– И большой стакан молока.
Бармен скривился, но ничего не сказал. Через минуту он появился снова, подстелил под стакан салфетку не первой свежести и плюхнул рядом две тарелки. На одной лежало нечто, напоминающее заплесневелую пшенную кашу. На второй еще шевелящийся кусок мяса.
– Тридцать пять за молоко. Пять за все остальное.
Кажется, я заказал не самые дорогие блюда.
Выложив на стол вышеназванную сумму, я с трудом подсчитал, что если дело пойдет так дальше, то к завтрашнему утру я буду иметь минусовой кредит. Но так или иначе, деньги заплачены, еда ждет.
Каша ничего. Твердая и сухая. И наверняка не свежеприготовленная. Пришлось вежливо отказаться. А вот второе блюдо ничего. Я долго гонял по тарелке улепетывающий от вилки кусок, пока сидящий рядом сосед не рубанул беглеца кулаком. Я даже не обиделся, что мою еду трогают руками. Зато кусок остановился и позволил себя разрезать на несколько кусков. После чего, правда, все началось сначала. Но я парень не промах, смысл уловил. Прихлопывал каждый кусок по отдельности и, пока тот очухивался, отправлял его в рот. Вкусно и питательно. Единственный недостаток в том, что после принятия данного блюда в животе начались гонки на выживание. Потерпев такое нахальство минут десять и поняв, что долго не выдержу, я забежал в туалет и выкинул из себя ненавистные куски. Они весело запрыгали и навсегда исчезли из моей жизни.
После этого мучительного выбрасывания денег я вернулся на место, чтобы допить молоко. Как того следовало ожидать, на столе не было стакана, а за столиком недавнего мужика. Желание собирать информацию пропало. И, кажется, я расстроился.
В кармане осталось пятьдесят брюликов. Не густо. Особенно если учесть, что добираться до казино придется на лифте. Еще десять.
Казино встретило меня перезвоном игральных автоматов, шелестом карт, криками крупье и предсмертными завываниями проигравших посетителей.
Когда я менял оставшиеся деньги, служащий посмотрел на меня так, словно ничего противнее он в жизни не встречал. Пришлось ответить ему тем же. За что он оставил себе преждевременные чаевые и бросил мне три фишки.
И это все, чем мне придется начинать новую жизнь?
Пошлявшись мимо азартных игроков, я присел за рулетку.
– Делайте ставку, благородные господа. – Странное какое—то обращение. Но мне нравится.
Я поставил десять на красное.
– Восемнадцать черное.
Я ставлю десять на черное.
– Восемнадцать красное.
Я плюю на все и ухожу. А кто—то подумал, что сейчас мне попрет выигрыш? Ночные Охотники не шулера, да и к везунчикам нас отнести можно с трудом. Теперь передо мной стоит только один вопрос: как лучше просадить последние брюлики и отправиться на большую дорогу? Грабить, чего же еще.
Рядом со мной раздался выстрел, я присел. Но на сей раз все обошлось. Просто какой—то мужик просадил все деньги и пустил себе заряд в висок. Неприятное зрелище. Только плечи и кусочек скальпа. А все остальное сплошная дырка.
Самоубийцу быстро убрали, но на его место никто не встал. Я знаю это поверье. Если хочешь остаться при последних, никогда не становись на место, обагренное кровью.
Но лично я никогда не верил приметы. Да и стоит ли расстраиваться из—за последних десяти брюликов.
Я бросил жетон в щель и дернул ручку. Повернулся и пошел на выход под ехидную улыбку служащего за окошком. Но чем ближе я приближался к окошку, тем большее меня одолевало любопытство. Ведь должно получиться. Зря что ль я расковырял пальцем титановый корпус и сломал ограничитель выигрыша.