— О, с этим! Вечно глазеет на женщин и никогда не занимается собственными делами. Пока добьешься, чтобы поручение выполнил! И вот теперь это! Глупый, легкомысленный человек!

— Конечно, вы правы, миссис Пепперолл. Но все же, может, попросить доктора Броуди осмотреть Чарльза?

Миссис Пепперолл, окончательно овладев собой, только фыркнула:

— Нет! Он уже пришел в себя, миледи!

— Пожалуйста, пошлите кого-нибудь за Джорди. Мы должны найти Доркас. Если Чарли все еще был без сознания, когда вы вошли, она не могла убежать далеко. Я жду Джорди в гостиной через двадцать минут.

Ариель оделась в своей спальне и через четверть часа спустилась в гостиную. Вскоре появился Джорди в сопровождении Монтегю и Джошуа. Она наскоро рассказала им о том, что произошло.

— Мы должны найти ее. Она очень больна и может причинить зло себе и остальным.

Джорди прошептал что-то себе под нос, и Ариель громко велела:

— Только постарайтесь доставить ее невредимой. Она не виновата в том, что больна. А теперь, пожалуйста, поспешите.

Все еще встревоженно хмурясь, она подняла голову и заметила Берка, стоявшего на пороге в халате и шлепанцах. Ариель поспешила к мужу, готовая разразиться упреками. Но Берк улыбнулся и поднял руку.

— Нет, сегодня мне позволили встать с этой проклятой кровати. Однако я хотел бы выпить чашку чаю. Не желаешь присоединиться ко мне, Ариель?

Только за яичницей с жареным беконом Берк сказал:

— Теперь расскажи мне о Доркас. Ариель передала все, что знала:

— Надеюсь, Джорди и Джошуа скоро найдут ее. Молюсь об этом.

Сзади кто-то деликатно кашлянул. Ариель обернулась.

— Миссис Пепперолл, в чем дело?

— Агнес нашла это, миледи.

Агнес, верхняя горничная, чрезвычайно малосообразительная, чтобы не сказать больше, стояла в коридоре за дверями столовой. Ариель взяла ожерелье, протянутое экономкой. Оно оказалось очень старым, а гранаты были гладкими, красивыми и таинственно мерцали.

— Где оно было ? Чье это?

— Агнес нашла их в вещах Доркас. Оно принадлежало Мелли, миледи. Я уверена в этом. Ариель закрыла глаза:

— О нет, — прошептала она.

— Оно принадлежало бабушке Мелли. Девушка так им гордилась. Говорила, что это — ее приданое и любой мужчина, который хоть чего-то стоит, будет рад принять его.

Ариель почувствовала, как слезы жгут веки, и услыхала, как Берк сказал:

— Спасибо, миссис Пепперолл за то, что принесли ожерелье, — поблагодарил он. — Я знаю, что у Мелли осталась тетка. Нужно отдать гранаты ей.

— Я позабочусь об этом, милорд, — пообещала экономка.

— Благодарю вас, это все. Берк поднялся и подошел к жене:

— Мне очень жаль, милая. — Это она убила Мелли, — прошептала Ариель.

— Должно быть, наслушалась злобных сплетен Насчет того, что девушка распутна. Да-да, я помню, она была совершенно уверена в этом. Я была так удивлена ее отношению к Мелли, даже рассердилась за то, что она настолько ограниченна. О Господи!

— Тише, не плачь. Мы отыщем ее, и тогда…

— Что тогда? Доркас больна. Никто не может ей помочь — ты же слышал, что сказал доктор Броуди. Безумная старуха на свободе и скитается неизвестно где.

— Мы найдем ее, Ариель, — твердо повторил Берк.

Она спрятала лицо у него на груди.

— Пойдем, любимая, поздоровайся с Алеком и Нестой.

— Какого дьявола здесь происходит? — осведомился Алек. — Монтегю в холле заламывает свои ревматические руки и причитает, а миссис Пепперолл выглядит положительно бледной.

— Садитесь, и мы все расскажем.

— Ты не рано встал с постели, Берк? — встревожилась Неста.

Берк улыбнулся той самой, способной растопить камни улыбкой, с помощью которой мог добиться всего на свете, по крайней мере Ариель была в этом уверена.

— Неста, не поверишь, но моя жена вытащила меня за уши из постели. Бог видит, я еще очень слаб. Она назвала меня ленивым, беспомощным бездельником, лодырем и…

— Ты просто невыносим. Немедленно прекрати это, и расскажи им, что случилось.

Берк все объяснил, и улыбки мгновенно исчезли с лиц.

Алек и Неста покинули Рейвнсуорт Эбби в пятницу утром. День обещал быть превосходным: ясным, не слишком жарким и, как заверил Алек жену, идеально подходящим для путешествия.

— Тебе легко говорить, — вздохнула Неста, с пристрастием осматривая внутренность кареты, — сам поедешь верхом и будешь наслаждаться свежим воздухом, а, мне придется сидеть в этой душной коробке.

— Да. — согласился Алек, осторожно касаясь набухшего живота жены, — зато с тобой будет мой сын.

— Прекрасная компания — этот так называемый сын, ничего не скажешь! Мне, по правде говоря, хотелось бы иметь маленькую девочку. Я буду говорить с ней о модах и о том, как справляться с высокомерными, самодовольными, тщеславными отцами.