Были счета за багаж, пару велосипедов, печатную машинку, даже за кинооборудование – по пятницам падчерица демонстрировала исторические фильмы сироткам и откармливала их сэндвичами и пирожными.

В итоге Ангусу пришлось нанимать еще несколько слуг. За полгода он ни на минуту не мог остаться наедине с любимой женой. Он не мог даже позавтракать с ней в тишине, потому что вместе с Темперанс к ним вечно присоединялись какие-нибудь страждущие дамы.

– Они мечтают познакомиться с человеком, воплотившим их грезы в жизнь! – мурлыкала Темперанс отчиму на ушко.

Так или иначе, но Ангус был на грани разорения, потому что Темперанс поклялась быть «хорошей дочерью». Он подсчитал, что при таких расходах он протянет в лучшем случае года два. Нервничая из-за домашней суматохи, он не мог сосредоточиться на своих делах и стал принимать глупые решения, стоившие ему денег. Но если он выкинет всех этих душевных, но невезучих людей из своего дома, то станет врагом для всего Эдинбурга, настоящим чудовищем и не увидит больше ни одного клиента.

В любом случае, думал Ангус, он либо разорится, либо сойдет с ума.

За последние две недели он продумал решение проблемы: можно поехать в путешествие с женой и падчерицей. Но кто будет управлять его делами? Он мог бы подарить падчерице свободу – этого она и добивается. Но Ангус был воспитан во времена, когда мужчины заботились о женщинах, и он всегда будет чувствовать себя не в своей тарелке, если позволит женщине, вверенной ему, жить одной. Да, Темперанс стала проклятием его жизни!

С другой стороны, он был ответствен не только за падчерицу, но и за жену, превратившуюся сейчас в комок нервов. Поэтому Ангус должен, прежде всего, думать о Мелани и найти компромисс. Возможно, стоит использовать способность Темперанс организовывать людей.

И Ангус решил отправить падчерицу к Джеймсу Маккэрну, своему племяннику, под его присмотр. Но перед ней нужно поставить задачу, иначе она сведет с ума Джеймса, как чуть не свела Ангуса. А так как проблема с его племянником оставалась нерешенной, может, удастся убить двух зайцев одним выстрелом.

Когда в дверь библиотеки постучали, Ангус глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Последний раз со своей падчерицей он разговаривал в Нью-Йорке. После того разговора он теперь каждый вечер выпивает полбутылки шотландского виски.

– Вы хотели меня видеть, папочка? – спросила Темперанс, скромно присев на край стула за столом напротив Ангуса. – У меня есть несколько минут перед следующей благотворительной встречей.

Улыбаясь, она взглянула на часики, приколотые у нее на груди.

Ангус знал, что эти часики ручной сборки сделаны в Швейцарии компанией, существующей на рынке вот уже двести с лишним лет, и что их стоимость составляет годовой заработок двух служащих этой компании в год.

И за это тоже она ему когда-нибудь заплатит, подумал он. Как могла его сладкая женушка произвести на свет такую мегеру?

– Я хочу предложить тебе работу.

– Но послушная дочь никогда не занимается работой вне дома. Послушная дочь...

Он посмотрел на нее таким взглядом, что Темперанс осеклась.

– Не надо представлений, когда мы наедине.

– Что вы имеете в виду? – спросила она сладким голосом. – Я просто пытаюсь быть такой, какой вы хотели меня видеть.

Он проигнорировал ее вызов, не собираясь опускаться до спора.

– Если ты выполнишь работу удовлетворительно, я дам тебе выходное пособие и свободу.

– Что, простите?

Фальшивой сладости в ее голосе больше не было. Перед ним стояла женщина, которую он впервые увидел, тайком пробравшись в зал, где она произносила речь такой силы, что, будь она мужчиной и говори на приемлемые темы, он восхитился бы.

– Успешно справишься с этой работой – сможешь пользоваться своим наследством, но под контролем моих банкиров в Нью-Йорке. Я также разрешу тебе жить в нью-йоркском доме твоей матери, но с человеком, мною выбранным. Тебе будет дозволено заниматься твоей... – он еле смог выговорить эти слова – твоей работой с обделенными в Нью-Йорке.

– А если я откажусь?

– Останешься здесь и будешь дочкой своей мамы. Я объявлю, что она заболела и что посетители отныне не приветствуются.

– Это шантаж! – тихо произнесла Темперанс.

– А чем ты занималась эти последние адские месяцы? – закричал Ангус и снова вдохнул, чтобы успокоиться.

Темперанс откинулась на спинку стула.

– Хорошо, я слушаю. Что за работа?

– Я хочу, чтобы ты подыскала жену моему племяннику.

Она выпрямилась и поджала губы.

– Вы пытаетесь выдать меня замуж подальше отсюда?