— Что это?

— Тише, тише, не так громко! Это бутылочка с цыплячьей кровью.

— О нет! Неужели и ты тоже, Юника!

— Ни слова больше, дитя мое. Знаешь, я никогда не понимала этой суеты вокруг невинности. Что сделано, то сделано. Ты ни в чем не виновата, будь это сэр Николас или тот важный рыцарь, который бросил тебя в прошлом году.

— Юника!..

— Но ведь такой гордый человек, как твой Дьявол, должно быть, очень щепетилен в подобных вопросах. Уж я-то знаю этих мужчин! Им во что бы то ни стало нужно убедиться, что честь жены столь же чиста и незапятнанна, как и их собственная.

— Интересная мысль, — хмыкнула Клара. — Пожалуй, мне стоит выступить перед гостями с речью, заверив их всех, что на брачное ложе я взойду столь же невинной, сколь и мой благородный супруг!

— Не время шутить! — проворчала Юника. — Лучше пообещай своей старой кормилице, что будешь держать под рукой ее подарок! Перед рассветом капни немного на простыни — и все будет хорошо, дитя мое.

— Надо не забыть спросить сэра Гарета, каким образом он собирается доказывать мне свою невинность…

К несчастью, густой серый туман не рассеялся и к началу торжественной церемонии. Проезжая на молочной лошадке по запруженной улице, Клара зябко ежилась от холода под длинной шерстяной накидкой.

Со всех сторон до нее доносился приглушенный шепот — предсказание отшельницы Беатрисы уже распространилось по всему острову. Каждый крестьянин, каждый ремесленник, каждая монахиня и последний садовник монастырского сада — все слышали о надвигающемся несчастье.

— …Дым от самых адских огней…

— Говорят, туман-то как раз того лее цвета, что и хрусталь на рукояти Окна в Преисподнюю!

— Точно того же цвета, что и глаза самого Викмерского Дьявола! Это дурной знак.

— Нашей госпоже не следовало перечить ему, — перекрестился Эллис-Пивовар вслед проезжающей Кларе. — Молю Бога, чтобы Дьявол не зарезал ее сегодня в брачной постели!

Клара не обращала внимания на все эти пересуды. Глаза ее были прикованы к церковным вратам, возле которых уже ожидал ее Гарет. Он приехал в церковь первым, торжественно проскакав по улице в сопровождении верных рыцарей…

И, надо сказать, снова потряс бесхитростные сердца селян.

Ему это отлично удается, подумала Клара. Сэр Гарет умеет обратить на себя внимание. Он может ужасать, подавлять, запугивать или изумлять — в зависимости от того, какую цель себе поставил. Он с легкостью прибегает к красивым, прекрасно рассчитанным жестам, если чувствует, что это послужит успеху.

Несмотря на утреннюю прохладу, ее ладони, стискивающие поводья, вдруг вспотели… Клара поймала на себе пристальный, сверкающий торжеством взгляд Гарета и всей душой взмолилась, чтобы ее выбор оказался правильным.

Ее судьба и судьба всего острова зависели теперь от этого человека.

Гарет не сводил глаз с Клары, скакавшей ему навстречу. Когда она остановила лошадь, он неторопливо спешился и пошел ей навстречу. Его сильные руки уверенно обвились вокруг талии Клары и сняли ее с седла. Не говоря ни слова, он подхватил ее на руки и понес в церковь, где их уже ожидал священник.

Судорожно вздохнув, Клара приготовилась произнести клятвы, которые навсегда свяжут ее жизнь и судьбу острова Желание с судьбой Викмерского Дьявола.

Час спустя в присутствии огромной толпы, заполнившей приемный зал замка, Ульрих откинул крышку тяжелого сундука и торжественно показал всем его содержимое. Сверкающая радуга разноцветных шелков заструилась под его руками.

Восхищенный вздох вырвался у собравшихся..

— Эти подарки господин мой преподносит своей славной новобрачной, — громко объявил Ульрих.

Одну за другой доставал он из сундука сверкающие драгоценные ткани далекого Востока. Вот развернули пурпурные шелка с золотой и серебряной нитью. За ними появились на свет зеленые ткани оттенка темного изумруда. Желтые и оранжевые свитки солнечным сиянием горели в руках Ульриха. Казалось, не будет конца бесконечному разнообразию цветов и оттенков дорогих тканей.

Селяне жадно разглядывали щедрые подарки Викмерского Дьявола и громкими возгласами выражали одобрение. Все были потрясены, повсюду слышались восхищенные возгласы и вздохи. Добрые селяне довольно перешептывались между собой. Всем было ясно, что их госпожа выбрала себе богатого мужа.

И очень щедрого.

За шелками последовали бочонки с различными пряностями. Здесь были шафран и гвоздика, мускатный орех и корица, имбирь, тмин и душистый перец. И снова толпа громкими криками восторга приветствовала новое доказательство уважения, которое их будущий господин оказывал их любимой хозяйке.