Словом, она старалась выглядеть максимально естественно, так, как, по отзывам окружающих, Анатолию Максимовичу нравится всё настоящее и естественное. Жанна глубоко надеялась, что её надежды оправдаются, и она сможет исполнить всё намеченное.

А потом она заметила в уголке Павла, своего бывшего возлюбленного, отца своей дочери, и замерла. И в очередной раз почувствовала, что всё прошло. Осталась только глубокая нежность и воспоминания. В конце концов, Павел тоже не виноват, что обстоятельства сложились таким образом. И сам он — мягкий и безвольный человек, который всегда полагался на судьбу. Поэтому он и не отказал Миле, настаивающей на свадьбе, поэтому и не стал искать Жанну, оставившую ему странную прощальную записку.

Павел сидел в углу в большом кресле и беспрестанно пил. Во всяком случае, за полчаса, во время которых Жанна обнаружила его, он три раза подзывал официанта — и это при том, что она не всё время смотрела на Павла. Он был небрит, воротник рубашки небрежно сбит в сторону, галстука нет, а пиджак некрасиво болтается на нём, и брюки изрядно помяты. Павел производил жалкое впечатление неуверенного в себе и случайно попавшего на этот праздник человека.

Жанна вдруг почувствовала удивление: как она могла любить такого человека, как Павел? Неужели отец был прав, и они вовсе не пара?

Тогда, ослеплённая и влюблённая, она просто идеализировала его. Трусость и робость она принимала за мягкость и деликатность, слабость характера — за желание ей уступить, мягкотелость и нерешительность — за чуткость и согласие идти на компромисс.

Она, с её твёрдым характером, решительностью и воистину мужским быстрым умом, получила полную противоположность себе. И, как оказалось, это было ошибкой. Ошибкой, которая стоила жизни её отцу.

Жанна вновь перевела взгляд на отца Павла. У него было довольно приятное лицо, усталые глаза, волевой подбородок. Он был одет очень просто, в светло — серый пиджак, белую рубашку и брюки тоном темнее пиджака. Галстука на Анатолии Максимовиче не было, что лишний раз подчёркивало неофициальный характер торжества. Павел был одет практически так же, однако одно и то же одеяние смотрелось по — разному на отце и сыне. Резник — старший выглядел аккуратно и солидно, а младший даже несколько маргинально.

Неизвестно почему, но Жанна искренне заинтересовалась отцом Павлика. Она с удовольствием разглядывала этого человека, который уничтожил её отца, и не чувствовала к нему того, что, казалось бы, должна чувствовать. Ни злости, ни ненависти, ни раздражения — ничего. Она даже не стала обещать себе, что отомстит ему. Нет, напротив, Анатолий Максимович вызывал у неё приятные ощущения, и это было странно.

Она пыталась рассматривать красивых мужчин и роскошных женщин, блеск и спокойное веселье светского общества, но всё равно её глаза постоянно выискивали Резника, и останавливались на нём. Жанна решила, что она уже вжилась в роль, которую должна будет исполнять, и это объяснение пришлось ей по вкусу. И в самом деле, если она решила стать любовницей этого женатого, состоявшегося мужчины, она и сама должна испытывать к нему какие — то чувства, хотя бы и наигранные.

Она всё смотрела и смотрела на него, а потом поймала и его любопытный взгляд, брошенный на неё.

Ага, значит, и она его зацепила, потому что он смотрел на неё дольше, чем того требует светский этикет.

Жанна вспомнила, как Павел утверждал, что его отец никогда не изменял матери, и что у них, несмотря на почти тридцать лет брака, не было серьёзных конфликтов. Они любят друг друга и уважают, что ещё более важно.

Но это было год назад. А в этом году жена Анатолия Максимовича за весь вечер ни разу не подошла к нему, оставаясь рядом с Антоном. Она просто боготворит этого парня, и не обращает внимания на остальных членов семьи! Как, должно быть, грустно и больно и Павлу, и старшему Резнику!

И всё же, это ей на руку. Если в семье Резников возникли проблемы — это хорошо для Жанны. Во всяком случае, Анатолий Максимович не будет так переживать, когда она соблазнит его! Потому что чувство стыда и сожаления — худшие чувства для любовного союза, а ей было жизненно необходимо основать этот союз с Резником.

Жанна увидела, как он зашёл в лифт. Подумать только, в его доме есть лифт! Интересно, куда он поехал? Устал от публичности? Она покрутила головой по сторонам и обнаружила, что никто из гостей не заметил исчезновения виновника торжества. А если и заметил, то не подал виду. Гости отлично развлекались и без именинника.

Она постояла пару минут, и тоже подошла к лифту. Интересно, куда он пошёл? Разболелась голова, и направился за таблеткой? Или устал от кучи народу, и прилёг отдохнуть?

Жанна представила, как появляется в его спальне, и сразу же отсекла этот вариант. Это было бы слишком дёшево, и после быстрого секса он не захочет её видеть. Ах, если бы он вернулся — она смогла бы познакомиться с ним!

Но делать было нечего. Жанна вспомнила, что Павел рассказывал, как отец любит маленьких коал, живущих в их зимнем саду, и решительно поехала вверх, на пятый этаж.

Мила не случайно не торопилась приглашать Ирину в гости и знакомить со всеми членами семьи Резников. Нет, конечно, она была уверена, что Антон ни за что не клюнет на эту женщину, потому что Ирина и рядом с Милой не стояла, что касается внешности. Так что Антона соблазнить та не сможет. Но вот как поведёт себя Павел, когда увидит Иру?

Сначала, когда Мила пригласила подругу, она даже не задумывалась о том, что Ира может как-то повлиять на её семейное положение. Она напрочь забыла о том, что эта женщина очень сильно напоминает бывшую возлюбленную Павла, Жанну. Правда, сходство только внешнее, у замарашки Жанны и раскованной, знающей себе цену Ирины нет ничего общего в характерах, однако же нельзя не признать, что Мила была поражена, увидев Ирину впервые. А как отреагирует Павел? Вдруг Ирина всколыхнёт в нём воспоминания о той любви, которую он питал к Жанне? Вдруг он вообще перестанет обращать внимание на Милу, свою жену, и вновь станет лить слёзы и пить с утра до вечера? Павел — слабый, он может сломаться, следовательно, его надо беречь. Именно так думала Мила, и удивлялась, почему это не пришло ей в голову, когда Ирина сама напросилась на приглашение. Просто Мила настолько привыкла к лицу подруги, что уже и не замечает в нём черт ненавистной Жанны, которые, впрочем, уже стираются у неё из памяти. Жанны больше нет, и не будет. Так зачем же удерживать в памяти её лицо?