Шрифт:
— Что?
— Сколько лет было?..
— А он-то тут при чем? Он мне по ночам не снится.
— Ты помнишь, сколько лет ему было?
— Да.
— Тогда скажи мне.
— Тридцать с копейками.
— А как он выглядел?
— Я уже сказала тебе. Когда приходила сюда во второй раз. Мы же обо всем этом уже говорили.
— Расскажи мне еще раз.
— Светловолосый, — вздохнув, сказала Эйлин. — Сто девяносто один сантиметр, больше девяноста килограммов. Темные очки. Татуировка в виде сердечка без надписи в нем. — Какого цвета были его глаза?
— Голубые.
— Как у насильника.
— Глаза — да.
— Габариты тоже.
— Ну, Бобби был выше и тяжелее.
— Они оба были крупными мужчинами.
— Да.
— Ты сказала, что оказалась с ним одна в комнате...
— Да, с Бобби.
— Потому что потеряла свое сопровождение. Между прочим, почему ты всегда думаешь о нем как о Бобби?
— Думаю и все. Он сам так назвался. Бобби.
— Ну-ну.
— А что тут такого? В том, что я называю его Бобби?
— Нет, нет. Расскажи мне, как ты потеряла прикрытие.
— По-моему, я уже рассказывала.
— Нет, не рассказывала. Сколько их было?
— Двое. Энни и... Ну, Энни Роулс, я говорила.
— Да.
— ...и парень из Семьдесят второго участка, с Калмз-Пойнт. Майк Шеноган. Здоровый такой ирландец. Хороший полицейский.
— Как ты их потеряла?
— Берт вбил себе в голову, что мне нужна помощь. Поэтому он поехал в зону...
— Берт Клинг.
— Ага. Я встречаюсь с ним время от времени. Я сказала ему, чтобы он не приходил туда, но он все равно пришел. И... он блондин, ты знаешь. Я говорила, что он блондин? Там заварушка на улице получилась, Шеноган увидел Берта и подумал, что это тот самый парень, которого мы ищем, потому что Бобби тоже блондин и тоже здоровенный. Поэтому Шеноган попер на него — это была та еще сценка — и пока до него дошло, что Берт тоже на работе, мы с Бобби уже ушли.
— Ушли?
— Завернули за угол. Пошли в номер.
— И никто из них этого не видел?
— Нет.
— Тогда ты в самом деле потеряла их. Я хочу сказать, на время.
— Да.
— Потому что Берт влез не в свое дело.
— Это была не его ошибка.
— А чья это была ошибка?
— Шеногана.
— Почему?
— Потому что он решил, что Берт — подозреваемый.
— Не зная, что Берт — полицейский.
— Правильно.
— Но если бы Берта там не было...
— Но он был там.
— Но если бы его там не было...
— Что об этом сейчас говорить. Он там был.
— Эйлин, если бы его там не было, случилась бы тогда эта путаница на улице?
— Конечно, нет.
— Ты не потеряла бы тогда свое прикрытие.
— Возможно.
— Как ты думаешь, они бы помогли тебе в этой ситуации с Бобби?
— Кто?
— Твои сопровождающие.
— Думаю, да, если бы успели вовремя.
— Ты сказала, что они оба — хорошие полицейские...
— О, конечно.
— ...и, без сомнения, они знали свое дело.
— Я бы доверила свою жизнь любому из них. В общем-то, именно так я и поступила тогда. Решила, что когда понадобится, они придут на помощь.
— Но они не пришли на помощь, когда тебе понадобилось!
— Да, но это не их вина.
— А чья это вина?
— Ничья. Просто одна из идиотских накладок, которые все время случаются.
— Эйлин, если бы такого не случилось — если бы не было путаницы, если бы ты не потеряла Шеногана и Энни — как ты думаешь, тебе пришлось бы стрелять в Бобби?
— Я не знаю.
— Ну, хорошо, подумай над ответом.
— Как я могу... — Если бы они шли поодаль...
— Да, но... они не шли поодаль.
— Если бы они были рядом с тобой...
— Но послушай...
— ...если бы они видели, куда Бобби повел тебя...
— Слушай, сейчас нет смысла рыдать по поводу...
— ...и если бы они вовремя пришли к тебе на помощь, пришлось бы тебе стрелять в Бобби Уилсона?
— Один черт, я бы его и так пристрелила, — сказала Эйлин.
— Ты не ответила на мой вопрос.
— Парня с ножом? Который полез на меня с ножом? Конечно, я бы пристрелила сукиного сына! Меня уже однажды ткнули ножом, спасибо большое, я и не собиралась...
Эйлин внезапно замолчала.
— Да? — спросила Карин.
Эйлин молчала несколько секунд. Потом она сказала:
— Я и не собиралась оставлять его в живых. Если ты этого от меня добиваешься.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда я застрелила Бобби, я... застрелила его не потому, что... Я хочу сказать, изнасилование было ни при чем.