– Вам что, улиток не хватает? Лично мы с детьми остались очень довольны...

– Так, значит, это вы все съели?
– послышался чей-то голос.

– Как это все?
– Даша заглянула в обеденный зал.

Подсобные столы покрывали белоснежные скатерти. В тон блюдам. Их словно корова языком вылизала.

– А кто все съел?
– растерянно спросила она.

– What is the question [Вот в чем вопрос (англ.).], - произнес Деланян и добавил по-русски: - Нам это тоже интересно.

Воспользовавшись паузой, девушка со сложной прической поспешила объяснить:

– Пришел русский пан, такой пожилой, он что-то сказал - я не поняла. Пан собрал еду с тарелок и ушел. Я думала, это вы его попросили...

Несколько секунд все хранили гробовое молчание. Затем последовала реакция.

– Вот старый пердун!
– хлопнул в ладоши Ример.

Он был сыт и посему мог рассматривать произошедшее как забавную шутку.

– A, sakra! [Черт побери! (чеш.).] - выругался Прохазка и, развернувшись, потопал прочь от столовой.

Подполковник отнесся к известию философски:

– Товарищи, я думаю, мы сможем позавтракать и в другом месте.

– А что случилось?
– Катя не поняла, о чем поведала девица.

– Ваш свекор... гм, как бы это сказать помягче...
– начал Полетаев.

– Да сожрал все ваш свекор, - докончил за него Ример.

– Как это сожрал?
– переспросила Катя.
– Он же мясо не ест.

– Я не знаю, чего он там не ест, но вот она, - Ример ткнул указательным пальцем в девушку со сложной прической, - она говорит, что ваш турист, блин, упер с собой всю еду.

– Не может быть, - неуверенно произнесла Катя и потупила глаза. Ей стало страшно неудобно.

– Не может быть? А чего же его тогда здесь нет?

И в это время сзади прозвучал знакомый голос:

– Вы еще не готовы? А мы уже собираемся уходить.

Все медленно обернулись.

Виктор Семенович одной ногой стоял на лестнице. Из-за его спины выглядывал рюкзак и расфуфыренная Чижикова. Послышался ропот.

– Спокойно.
– Вдовец остановил разгоряченную толпу коротким жестом. Я сам с ними разберусь.
– И добавил ласковым голосом: - По-родственному. Тетя Мария, Виктор Семенович, можно вас на минуточку? Буквально один вопрос...

С этими словами Ример приблизился к замешкавшейся парочке и впихнул ее в открытую дверь Дашиного номера. Никто не произнес ни слова. Вскоре из-за закрытой двери стали доноситься глухие восклицания и шум, похожий на шум драки.

Полетаев хотел было вмешаться, но Деланян остановил его:

– Это дела семейные. Сами разберутся...

Шум и крики раздавались еще некоторое время, потом дверь распахнулась, и в коридоре показался Ример. Он был зол, взъерошен и основательно помят. В высоко поднятой руке вдовец держал пакет внушительных размеров.

– Больше ничего не нашел, - обратился он к Даше, но пакет протянул Кате: - Держите ваш завтрак. Там кое-что немного помялось, но с голодухи сойдет.

– Господи, позор-то какой...
– еле слышно прошептала Катя и автоматически взяла пакет.

4

От Чешских Будеевиц к замку Глубока дорога пролегала меж полей, небольших перелесков и прудов, богатых рыбой. Несмотря на тесноту и относительное неудобство (в "Порше" впятером особо не рассядешься), путешественники сожалели только об одном: дорога оказалась слишком коротка. Наслаждаться окружающими пейзажами можно было бесконечно.

Выйдя из машины, Катя огляделась и всплеснула руками:

– Господи, какая прелесть!

Замок Глубока был и в самом деле прекрасен. Прекрасен, как любое творение рук человеческих, в которое вложена душа и незаурядное мастерство его создателей.

Мальчишки задрали головы:

– Рыжик, а рыцари в этом замке жили?

Даше пришлось их разочаровать:

– Увы, нет. Но тем не менее его история...

– А мне Глубока всегда что-то напоминал, - неожиданно заметил Полетаев.

Взгляд у него был совсем как у Мишки с Кешкой, счастливый и мечтательный.

– Тюдоровскую готику, - кивнула Даша. Подполковник почти испугался:

– Кого?

– Готику Тюдоров.
– Даша еще раз посмотрела на аккуратные зубчатые башни - не ошиблась ли?
– Очень характерный образчик. Построен в подражание Виндзорскому замку.

Полетаев потряс головой:

– Нет, нет. Что-то далекое, из детства...

– У вас было детство?
– Даша ехидно поджала губки.
– А я-то думала, что в подвалах ФСБ существует специальный инкубатор. Вот с такими яйцами. Она широко развела руки в стороны.