Друз решительно двинулся к домам, расталкивая гуляющих одной рукой, другой он нес безжизненную Кийю, словно ребенка. Схватка позади него закончилась, его воины убили стражников, вставших на защиту своего товарища. Теперь они шли, окружив командира, держа в руках оружие, готовые к тому, чтобы применить его, защищая жизнь своей госпожи. Толпа, насладившись кровавым зрелищем, приветствовала победителей.

В дверях одного из ближайших домов стояла пожилая женщина, с любопытством рассматривая толпу. Жители этой части города в большинстве своем были бедны, им нечего было прятать, двери домов редко запирались, и в приближающихся грозных временах они видели лишь одного защитника и заступника — свою божественную царицу Гелиону.

Друз, недолго думая, толкнул дверь и вошел в дом. Хозяйка завизжала и кинулась следом за Друзом. А вслед за ней в дом вошли остальные телохранители царицы и захлопнули дверь.

— Помоги моей госпоже, женщина, — приказал Друз.

— Как посмели вы вломиться в мой дом! — закричала хозяйка жилища и хотела выбежать наружу, но Арг, один из телохранителей царицы, преградил ей путь.

— Мы не причиним тебе вреда, — сказал Друз. — Помоги моей госпоже, потом мы уйдем.

Женщина развернулась и, презрительно оглядев Кийю, сказала:

— Я не лекарь, чем я могу ей помочь? Я видела, что она была с солдатами.

Один из воинов ударил женщину кулаком. Она упала на пол и зарыдала. Арг сам нашел в ее доме кувшин с водой и протянул Друзу, так и державшему Кийю на руках.

Друз уложил Кийю на старую подстилку (мебели в этом доме не было), смочил ее лицо водой. Кийя пришла в себя и недоуменно оглянулась. Такого бедного жилища ей еще не доводилось видеть. Стены дома давно пошли трещинами. В тяжелом воздухе висели запахи отбросов и плесени. |

Покрывало сползло с головы Кийи. Хозяйка ахнула:

— Жрица! Ах ты… — старая женщина зажала себе рот рукой, едва сдержав ругательство.

Оскорбить жрицу или жреца означало навлечь на себя гнев богов. Но увидеть жрицу ночью, в толпе гуляющих, в сопровождении мужчины, это было немыслимо. Как же низко она пала! Женщина бросила презрительный взгляд на Кийю и отвернулась. Если жречество докатилось до такого непотребства, то неудивительно, что боги гневаются и заставляют горы сотрясаться.

— Посмотри, Арг, что там, — приказал Друз. Телохранитель выглянул за дверь.

— Все то же, — сказал Арг, — гуляют. Наверное, нужно уйти, пока не появилась городская стража.

— Ничего, — сказал Друз. — У меня с собой царский знак.

Он присел перед Кийей на колени и аккуратно поправил покрывало, скрыв им лицо царицы.

— Не бойся, — произнес он ласково. — Если даже они найдут нас в этой толпе, то не осмелятся расспрашивать, кто ты.

Кийя, уже успевшая успокоиться и привести в порядок свое одеяние, брезгливо поднялась с пола.

— Паланкин нам уже не отыскать, — сказал Арг.

Друз поднял Кийю на руки и вышел вслед за другими телохранителями. Но у дома уже собрались зрители, перед которым офицер Кармах кричал срывающимся голосом:

— Это город разврата, бесчестия и лживой веры! Все, все вы провалитесь в бездну тьмы! Вы ожесточили богов, и боги вас прокляли!

В этот момент он увидел вышедших из дома царских телохранителей и Друза с царицей на руках.

— А ты, — завопил Кармах, указывая на Кийю пальцем, — ты — богиня лжи! О боги, неужто вы можете спокойно взирать на то, как развратная царица тянет за собой в бездну свой народ? Не Гадир уничтожит Антиллу! Ты, порождение демона, проклятая ведьма, ты, безбожная развратница, уже погубила Город Солнца! Боги в гневе! В гневе!

Толпа, охочая до зрелищ, поддерживала оратора радостным улюлюканьем.

— Убей его, — приказал Друз одному из телохранителей, а сам быстрым шагом направился в сторону канала. Арг прокладывал ему путь, расталкивая людей. Остальные воины шли по бокам.

Кийя прижалась к Друзу, обхватив его шею руками. Город вокруг безумствовал. На освещенных факелами улицах люди гуляли, пели, плясали, пировали, занимались любовью. Кийе хотелось закричать, остановить людей, призвать их в храмы и заставить молиться. Но она молча смотрела, как бьется в предсмертной агонии величайший город мира.

Оказавшись во дворце, она долго мылась, пытаясь избавиться от отвратительного ощущения чужих рук на своей коже. Друза она к себе не допустила. И так он слишком много видел и знает теперь о ней. Рабынь в спальне не было, Кийя наслаждалась одиночеством. Она сидела на своей кровати и наблюдала, как светлеет небо.