– Опытный адвокат без труда докажет, – вступил Аркаша, – что документы сфальсифицированы. И экспертиза подтвердит. Так что успокойся, Макс, все будет о'кей. В первый раз, что ли?

– Этот олух Сидорин! – не унимался Макс. – Они обвели его вокруг пальца! Кому пришла в голову мысль сделать его генералом? – Он воззрился на Аркашу. – Тебе?

– У меня тоже бывают проколы, – вздохнул Аркаша. – Сидорин – редкого ума идиот, но прекрасный исполнитель. Я знал, что никакой самостоятельности от него ждать не приходится. Но я полагал – она и не потребуется.

– Будет вам! – сказал Кирилл. – Хватит посыпать голову пеплом и рвать волосы на заднице. Прикиньте лучше, сколько благоприятных обстоятельств при этом возникло. Во-первых, биатлонист проделал для нас нужную работу. Ликвидировал исполнителя. То есть – концы в воду. Во-вторых, баллистическая экспертиза докажет: эта пуля из второго ружья, из которого застрелили Федю Землякова возле «Белого дома». Значит, дело заберут у Турецкого и передадут куда надо.

– Ты так думаешь? – с надеждой спросил Макс.

– Во всяком случае, вопрос об этом будет поставлен. Не собираются же они подделывать результаты баллистической экспертизы? А заодно менять пальцевые следы на первой винтовке биатлониста? Не такие они дураки. Сделают себе хуже… – сказал Аркаша. – Конечно, будут трудности. Пальцы биатлониста наверняка уже стерлись с этой винтовки. Но найденная винтовка – находка для баллистов. Баллистику никуда не денешь!

– Хуже будет с документами Клейменовой, – задумчиво сказал Кирилл, глядя на огонь в камине. – Опять твой прокол! – Он взглянул на Аркашу.

– Кто мог знать, что она заранее это сделает? – стал оправдываться тот. – Ночью прилетела из Грозного, а утром побежала прямо в Генпрокуратуру. А то, что она передала копии, а не подлинники, мы не учли. Не ночью же она снимала копии? Хотя часов пять-шесть у нее было… Прятала подлинники где-то в старом колодце запакованными в целлофан. Вот они и всплыли…

– Откуда ты все узнаёшь? – спросил Макс.

– Есть один человек, – туманно сказал Аркаша. – Вам его знать не обязательно… Это моя гарантия на случай, если захотите от меня отделаться, как от Сережи Горюнова…

– Вот к чему мы пришли! – воскликнул Макс, обращаясь к Кириллу. – Вот какое недоверие друг к другу стало разъедать наш совет!

– Который, кстати, начал создавать именно Серж… – проронил Аркаша, тоже глядя на Кирилла.

– А что вы на меня смотрите? – вскинулся тот. – Кто говорил, буквально талдычил: это человек не нашего круга? От него не жди ничего хорошего! Все верно. Но вы забыли, родненькие, что из этого самого нашего круга, спаянного нашим общим посещением одних и тех же спецшкол, не говоря уже о спецроддоме, где мы появились на свет, можно выйти только вперед ногами! А Серж был для нас с самого начала – чужеродным телом. Уж признайтесь, положа руку на сердце… Пока он осыпал нас идеями и был их генератором, подпитывающим нас бодростью и оптимизмом, он был всем хорош! А когда его стала тяготить наша спесь и наша кастовость, тогда он стал нам не нужен! Ну признайтесь себе в этом хоть сейчас.

Макс и Аркаша насупились.

– Ты, как всегда, прав, – примирительно сказал Макс, прижав ладонь к левой стороне груди. – Что-то заныло опять… Так какие вопросы мы собирались сегодня обсудить?

В это время в комнату вошла его жена.

– Потише можно? Ребенок уснул. Вчера был жар, сегодня немного легче.

– Аспирин еще рано давать? – спросил Кирилл.

– Обойдусь без аспирина. Только потише разговаривайте. Особенно папочку нашего слышно… – Она с укором поглядела на супруга, потом погладила его по лысеющей голове.

– Что, опять сложности? Опять много на себя берете?

– Не то слово, – сказал Аркаша, посмотрев на часы. – Сами уже не рады, что ввязались… А что делать теперь? Все держится на волоске, понимаешь?

– Он преувеличивает! – вмешался Кирилл. – Хотя все не так просто…

– Иди, – сказал жене Макс. – Обещаем говорить потише. Но нам еще придется посидеть. Ребята останутся ночевать, приготовь им в моем кабинете, как всегда…

Они посмотрели ей вслед. Все та же походка манекенщицы. Не захочешь, а посмотришь…

– Никогда не думал, что пойдет за меня, – вздохнул Макс, выразив общее мнение. – Чудо, как была хороша… Правда, тоже не нашего круга. – Он внимательно оглядел друзей. – И очень переживала, когда узнала о гибели Сержа. Своими бы руками убила эту сволочь, так и сказала. Все спрашивала, нашли этого бандита или нет.

Он сделал паузу и снова оглядел друзей.

– Ей импонировало, что он тоже жил, как и она, в коммуналках и общагах, что своими силами оттуда вырвался… – Макс говорил вполголоса. – Может, тоже о ней думаете – выскочка? Прорвавшаяся в наш круг?