— Здесь повсюду бомбили, — мрачно заметил шофер.

Когда их машина проезжала через мост, к ним навстречу бросился Жан Кефе. Его румяное лицо светилось от радости.

— Добро пожаловать! Добро пожаловать! — закричал он. — Да здравствуют англичане! Да здравствуют американцы! Да здравствует Франция!

Лизетт протиснулась к окошку.

— Жан, люди начали возвращаться в деревню? Кому-нибудь нужна помощь?

Француз расплылся в улыбке:

— Уже почти все вернулись. А Лаффоны и не уезжали. Они два дня сидели в погребе вместе с пятью детьми, козами и курами. Старая мадам Шамо перецеловала столько американских солдат, что сбилась со счета. Все здорово! Просто замечательно!

Грузовик остановился. Солдаты быстро разбежались по улицам, проверяя, действительно ли в деревне нет немцев.

— С вами все в порядке, мадемуазель де Вальми? — К Лизетт подбежала мадам Бриде и крепко обняла ее. — Слава Богу! А ваши родители? Они в Баллеру? Это хорошо, но сегодня я хотела бы быть только в Сент-Мари-де-Пон! Наконец-то мы свободны! Даже не верится. Я вывесила на окне французский флаг. Чудесно, правда? Никаких немцев, будь они прокляты!

У мадам Бриде разбомбили курятник, и Лизетт пообещала подыскать в замке место для ее кур. Мадам Аешевалье сломала руку, когда на нее обрушилась часть стены кухни. Старика Бле-риота нашли в саду пьяным; многие считали, что он провел там в таком состоянии все время боев за побережье.

— Ну, у вас поднялось настроение? — спросил Грег, когда Лизетт вышла из опустошенного дома мадам Шамо, сказав, что принесет ей постельное белье и посуду.

— Да. Когда деревню бомбили, все находились далеко отсюда, в безопасном месте. Никто серьезно не пострадал, хотя говорят, что сегодня утром южнее деревни слышалась стрельба.

Грег кивнул.

— Наверняка там скрывается горстка немцев. Нужно время, чтобы всех их уничтожить. А сейчас я отвезу вас в Вальми. Еще кто-нибудь поедет с нами?

— Нет. Они все так рады, что вернулись в свои дома.

— Тогда отправляемся. — Грег помог Лизетт забраться в кабину грузовика, но в этот момент со стороны Вальми послышались автоматные выстрелы.

— Что за черт?.. — Встревоженный Грег занял место шофера.

— Что случилось? — спросила Лизетт.

— Пока не знаю, но надо выяснить.

Грег завел двигатель, солдаты быстро забрались в кузов. Не дожидаясь шофера, подполковник надавил на педаль газа. Грузовик помчался к выезду из деревни.

Когда они подъехали к мосту у подножия холма, Лизетт услышала автоматные очереди, а потом внезапно все смолкло. Звуки выстрелов стали уже такими привычными, что девушка вряд ли обратила бы на них внимание, если бы не очевидная озабоченность Грега. Грузовик стремительно поднялся на холм, и тут Лизетт внезапно осознала, что стреляли из Вальми.

— Скорее, — прошептала она. — Прошу вас, скорее.

Уже перед самым выездом из рощи они увидели дым, поднимавшийся вверх большими черными клубами. Когда деревья расступились, их взорам предстал величественный древний замок, охваченный огнем.

Морской бриз относил в их сторону искры и хлопья пепла. Из окон с разбитыми стеклами вырывались языки пламени.

Грузовик въехал на подъездную дорожку. От дыма першило в горле, щипало глаза.

— Быстрее! Быстрее! — всхлипывая, умоляла Лизетт. Увидев перед замком военный грузовик с американскими солдатами, Грег резко затормозил и выскочил из машины.

— Что тут произошло?! — крикнул он. Следом за ним бежала Лизетт, прикрыв руками лицо от сильного жара.

— Наверное, немцы проникли в замок после того, как вы уехали, — доложил капитан с усталым лицом, сжимавший в руках винтовку. — А мы здесь сразу напоролись на ожесточенный огонь. У меня двое раненых, один тяжелый.

— А Люк? — задохнулась Лизетт. — Где Люк?

Капитан, похоже, не понимал, о ком его спрашивает девушка.

— В замке находился английский летчик, — пояснил Грег. — Вы видели его?

Капитан покачал головой.

— Немцы уже хозяйничали в замке, когда мы приехали. Их было человек шесть, но сопротивлялись они отчаянно. Двоих уцелевших мы забросали гранатами. Но после этого выстрелов не было, наверное, и эти двое готовы.

Лизетт бросилась к замку, но Грег схватил ее за руку.

— Вы уже ничем не поможете. Там не осталось живых!

— Но я должна посмотреть! Мне надо убедиться!

На них сыпались искры. Грег крепко сжал руку Лизетт.

— Это бесполезно. Он мертв! Немцы наверняка убили его еще до того, как их забросали гранатами.

Вдруг что-то громко затрещало, и огромная горящая балка рухнула на пол главной столовой. Лизетт окаменела от горя и отчаяния. Она спасла жизнь Люку, и вот теперь он мертв… как Дитер, как сотни и тысячи других.