Рыцарь скрестил руки на груди и снисходительно усмехнулся:

– Знаете, юная леди, когда странствуешь в такой компании, как Мелия, Фолкен и мой друг Трэвис Уайлдер, поневоле привыкаешь к невероятному. Да и челюсть у меня устала отвисать всякий раз, когда такое случается. А случается такое, особенно с этим рыжим типом, иногда по три раза на дню.

В синих глазах Эйрин вспыхнуло жгучее любопытство. Теперь она смотрела на Трэвиса новым взглядом: с уважением и затаенным страхом - так смотрят маленькие дети на бродячего фокусника, глотающего шпаги и изрыгающего огонь.

– Грейс, расскажи им, что видела прошлой ночью, - поспешно попросил он, оказавшись вдруг в центре внимания и испытывая от этого страшную неловкость.

Расхаживая перед камином, Грейс ровным голосом поведала о событиях минувшей ночи и о предшествующих им, не упустив ни одной детали: дверь, знак на ней, незнакомец в черном балахоне, нож, заклятие, полет, стоячие камни и двое заговорщиков в их кругу. Затем, понизив голос до шепота, призналась, что вместе с Эйрин изучает магию под руководством Иволейны и других адепток ордена колдуний. Услыхав о колдуньях, Дарж и Бельтан, не сговариваясь, отступили на шаг, а последний даже начал творить знамение от дурного глаза, растопырив большой палец и мизинец, но вовремя опомнился и опустил руку.

– Я вижу, лорд Бельтан Кейлаванский еще не до конца разучился удивляться, - как бы между прочим заметил Дарж, когда рассказ подошел к концу.

– Прости меня, Дарж, - виновато склонила голову Грейс.
– Я должна была раньше тебе рассказать, да все откладывала...

Ее покаянные слова в третий раз кряду повергли эмбарца в неописуемое изумление.

– Вы ничего мне не должны, миледи!
– вскричал он, вне себя от волнения.
– Кто я такой, чтобы подвергать сомнению ваши поступки? Ваше дело - приказывать, мое - повиноваться. И я уже чувствую, что очень скоро моему мечу придется как следует поработать.

– Заговор с целью убийства кого-то из участников Совета - дело страшное, - задумчиво произнес Бельтан.
– Неужто в Кейлавере снова...

Он не договорил, но все и так поняли, чье убийство имел в виду рыцарь.

Потом посыпались вопросы - главным образом со стороны Даржа и Бельтана, - на которые Грейс и Трэвис постарались ответить исчерпывающим образом. Другое дело, что они тоже пребывали в неведении, хотя кое-какие моменты уже можно было считать окончательно прояснившимися. Во-первых, налицо имелся сам факт заговора против одного из монархов, принимающих участие в работе Совета. Имя намеченной жертвы пока, правда, оставалось загадкой, но не было сомнений в том, что за заговорщиками стоит культ Ворона.

И все равно вопросов возникало значительно больше, чем находилось ответов. К примеру, какую выгоду надеялись извлечь приверженцы Ворона, избавившись от правителя одного из доминионов? Сколько Трэвис ни размышлял, так ни до чего путного и не додумался. А взять эту таинственную историю с вырезанными на дверях знаками. Какая может существовать связь между покушением на короля и безобидной кладовкой? Или давно заброшенной подсобкой? Нож еще этот дурацкий, с помощью которого Грейс магическим способом перенеслась за много миль и стала свидетельницей беседы двух заговорщиков... Ну, в этом случае какая-то польза все же усматривается. Если предположить, что нож принадлежал одному из них, значит, этот человек либо живет в замке, либо имеет в него свободный доступ. Вот только кто он такой? Еще один вопрос без ответа...

И тут Бельтан практически слово в слово повторил вслух размышления Трэвиса:

– Я вот чего не понимаю: зачем им двери понадобилось резать? Если кто-нибудь объяснит мне, какая связь между заговором против одного из монархов и двумя нежилыми помещениями, куда даже слуги, наверное, заглядывают не чаще, чем раз в год, буду чрезвычайно признателен.

Эйрин, большую часть обсуждения просидевшая молча, внезапно встрепенулась. В васильковых глазах баронессы вспыхнул огонек догадки.

– У меня появилась идея, - объявила она, резво вскочив с места. Сейчас мы ее проверим. Только мне нужен помощник... с двумя руками, - на миг запнувшись, добавила девушка.

Дарж выступил вперед.

– К вашим услугам, миледи, - поклонился он. Через несколько минут они вернулись. Эмбарец тащил огромную груду пергаментных свитков.

– Что это?
– заинтересовалась Грейс.

– Сейчас покажу.

Баронесса наугад взяла один из свитков, придавила край чугунной солонкой на верхней полке буфета и с помощью Трэвиса и Грейс развернула. Нижний конец свитка почти достигал пола. Трэвис сначала не мог понять, что означают выцветшие линии и кружочки на пожелтевшем от времени пергаменте, а вот Грейс сразу сообразила.

– Да это же план крепости!
– ахнула она.

В голове у Трэвиса словно что-то щелкнуло, и беспорядочное на первый взгляд переплетение кружков и линий моментально обрело смысл.

– Смотрите, вот верхний двор!
– возбужденно воскликнул он, тыча пальцем в пергамент.
– Здесь сад, лабиринт и парадный вход в замок! А что в остальных? Планы этажей и башен? Сколько же их тут?

Дарж, устав держать свитки в руках, вывалил всю охапку на стол. Часть из них скатилась на пол. Опустившись на колени, рыцарь собрал все до единого и присоединил к внушительной куче на столике.