– Прошу прощения, ваше величество, - пролепетал он.
– Король Бореас утром представит вам исчерпывающие объяснения.

– Или я сам их у него потребую!
– угрожающе прокричал ему вслед Персард, но всей дерзкой троицы уже след простыл.

– Кто следующий?
– спросила на бегу Грейс.

– Король Кайлар, - бросил в ответ Бельтан.
– Мы уже совсем рядом.

Завернув за поворот, они услышали страшный грохот - как будто потолок обвалился. Из-под массивной двери, охраняемой двумя до зубов вооруженными гвардейцами, взметнулось облачко серой пыли. Стражники разинули рты, переводя взгляд то на дверь, то на приближающуюся троицу.

– Открывайте!
– скомандовал рыцарь.

Гвардейцы, почуяв, видимо, что происходит неладное, без колебаний подчинились его приказу. Один из них распахнул массивные створки. В дверном проеме заклубилась все та же пыль.

– Что там?
– с тревогой спросил Трэвис, тщетно пытаясь хоть что-нибудь разглядеть сквозь непроницаемое облако. Бельтан шагнул в глубь комнаты.

– Ну и дела, клянусь Быком! Похоже, целая стена обвалилась. Вся кровать обломками завалена!
– послышался его голос откуда-то из глубин серой мути.

У Трэвиса упало сердце. Они снова опоздали. Кайлар, правитель Голта, добрый, отзывчивый юноша, никогда и никому сознательно не причинивший зла, пал невинной жертвой безжалостного убийцы. Чудовищный замысел заговорщиков удался. Они могли праздновать победу.

Кашляя и отплевываясь, рыцарь выбрался из спальни.

– Сейчас попробую еще разок, - прохрипел он, прикрывая краем плаща рот и нос.
– А вы не суйтесь, пока я...

Не закончив фразы, Бельтан вдруг протянул руку и ухватился за мелькнувшую в клубящейся пыли тень, а в следующее мгновение вытянул в коридор чью-то нескладную фигуру.

– Король Кайлар!
– обрадованно захлопала в ладоши Грейс.

Волосы и одежду молодого монарха обильно усеивала смешанная с каменной крошкой пыль, плечи его сотрясались от безудержного кашля, но выглядел он целым и невредимым. Грейс подхватила его под правую руку, Трэвис - под левую. Бельтан, подозрительно взглянув на Кайлара, вновь скрылся в глубине опочивальни. Вернулся он пару минут спустя, изумленно качая головой.

– Стена рухнула целиком, - сообщил рыцарь.
– Должно быть, кто-то не пожалел труда и времени, чтобы выдолбить всю кладку по периметру. Кровать разлетелась в щепки. Как вам удалось спастись, ваше величество?

Даже толстый известковый налет на его лице не смог скрыть залившую щеки повелителя Голта краску. Потупив голову и запинаясь на каждом слове, он смущенно пояснил:

– П-п-понимаете, в м-моей п-постели б-было с-столько к-клопов, что я п-п-перебрался с-спать в г-гардероб.

К вящему удивлению Трэвиса, Грейс весело расхохоталась. Он секунду крепился, потом не выдержал и присоединился к ней. Грейс повернулась к Кайлару.

– Надеюсь, ваше величество никогда больше не станет жаловаться на невезение?
– со смехом спросила она, лукаво подмигнув при этом снова покрасневшему молодому человеку.

Кайлар улыбнулся в ответ и торжественно пообещал:

– Б-больше н-никогда, м-миледи!

91

На утреннем заседании возобновившего свою работу Совета Королей Бореас сообщил его участникам о неудавшемся накануне покушении на жизнь Кайлара Голтского.

Когда Грейс вошла в зал Совета, она по привычке направилась к своему месту в первом ряду, но на полпути остановилась. На всех предыдущих заседаниях она сидела рядом с Эйрин и лордом Олрейном. Но Эйрин еще не объявилась, а бедняга Олрейн...

Внимание Грейс привлек обращенный на нее взгляд добрых карих глаз и сопутствующий ему приглашающий жест. Разумеется, она сразу узнала неизменно благожелательно относившуюся к ней леди Трессу, первую камер-фрейлину толорийского двора, но все равно заколебалась. Что подумает Бореас, увидев ее сидящей бок о бок с главной наперсницей королевы Иволейны и заведомой колдуньей?

Это его проблемы, Грейс. Пускай думает что хочет. Не забывай, ты все еще шпионка и должна непременно выведать, что затевает непредсказуемая владычица Толории!

Приветливо кивнув в ответ, она расправила плечи и начала пробираться к Трессе мимо уже занявших места зрителей.
– К счастью, сегодня в зале Совета было далеко не так многолюдно, как в день открытия, когда все ярусы каменных скамей от пола до потолка были битком забиты разряженной высшей знатью всех Семи доминионов. С того времени интерес к происходящему заметно упал, да и свиты гостящих в Кейлавере монархов изрядно поредели. Кто-то из приехавших с ними ноблей вернулся домой по неотложным делам, кого-то отправили назад в качестве гонцов с посланиями и распоряжениями, да и самим правителям вся эта волынка здорово надоела, и они не скрывали желания поскорее покинуть Кейлаван и возвратиться в собственные владения, дабы снова взять в свои руки бразды правления и пресечь, буде потребуется, амбиции чрезмерно зарвавшихся в их отсутствие вассалов. Однако все они вынуждены были ожидать заключительного голосования и официального закрытия Совета, без чего, по словам Эйрин и согласно древним законам, ни один из его участников не имел права уехать.