Выцветшие голубые глаза барда затуманились.

– Ни о чем я не позабыл, - проворчал он.
– Беда в том, что я сам толком не разобрался во всем, что видел, слышал и узнал за время странствий. И пока не разберусь, говорить ничего не стану. Скажу только, что долог и труден был мой путь. И прежде чем добраться до Рунных Врат, хранящих скрытый в бездне Имбрифейла Мрак, пришлось преодолеть мне Фол Трендур, ущелье Теней и много других преград.

Бельтан и Мелия молча уставились на барда. По спине Трэвиса пробежал холодок. Только теперь он понял, почему встретил в Зимней Пуще возвращающегося из опасного путешествия за пределы Железных Клыков Фолкена!

Бард вышел из задумчивости.

– Сегодня я вам больше ничего рассказывать о своих приключения не буду, а вот показать кое-что покажу. Полагаю, тебя это особенно заинтересует, Мелия. Да и мне не помешает выслушать чужое мнение.
– Он достал из котомки завернутый в тряпицу предмет и положил на плоский камень.
– Я нашел это в ущелье Теней!

Движимый любопытством, Трэвис поднялся и подошел поближе. Фолкен развернул тряпицу и показал всем свою находку. Ею оказался вырезанный из твердого белого камня диск размером примерно с ладонь, на поверхности которого серебрился странный символ:

Ломаная трещина проходила через центр диска, разделяя его на две половинки. Мелия внимательно осмотрела артефакт со всех сторон и задумалась.

– Похоже на связанную руну, - высказалась она наконец.
– И очень, очень древнюю, поскольку искусство связывания рун было утрачено в Фаленгарте много веков тому назад.

– Я тоже так решил, - кивнул бард, - и очень рад, что наши мнения совпадают. В рунах я разбираюсь слабо, но все же считаю...

Дальнейшие его слова слились в ушах Трэвиса в неразборчивое бормотание. Он не мог оторвать глаз от руны. Поверхность камня выглядела безупречно гладкой. Кончики пальцев зачесались от нестерпимого желания прикоснуться к ней и ощутить собственной кожей ее манящую белизну. Не отдавая себе отчет в том, что делает, Трэвис вытянул правую руку и дотронулся до камня.

Рунный диск окружило голубое сияние, а серебристый символ в центре вспыхнул ярким белым пламенем. В то же мгновение чей-то голос в мозгу Трэвиса произнес одно-единственное незнакомое слово:

"Кронд!"

Но самое удивительное заключалось в том, что в отличие от слова ему был хорошо знаком произнесший его голос. Это был голос Джека Грейстоуна!

Вскрикнув от неожиданности, Трэвис отдернул руку и отступил на шаг назад. Голубой ореол вокруг камня тут же исчез, знак в центре руны поблек, а голос Джека в голове перестал звучать. Ловя на себе встревоженные взгляды окружающих, Трэвис растерянно заморгал и потер ладонь о бедро. Кожу покалывало, как после удара током. Внезапно Фолкен завладел его кистью и насильно повернул ладонью вверх.

Трэвис не мог поверить своим глазам. Да и все остальные смотрели на него так, словно он только что при них отрастил себе вторую голову. Все, кроме Мелии, чей взор выражал вовсе не удивление, а скорее холодную расчетливость.

На ладони правой руки Трэвиса - той самой, которую стиснул Джек во время их последней встречи в Обители Мага, - сиял серебром и лазурью, как несмываемое клеймо, таинственный знак. Только он почему-то совсем не походил на аналогичный символ, расположенный в центре рунного диска. Жалобный стон сорвался с губ Трэвиса Уайлдера.

– Ох, Джек, Джек! Что же ты со мной сотворил?!
– в страхе и отчаянии прошептал он.

33

– Сдается мне, Фолкен, - бросила Мелия, меряя шагами поросший травой круг внутри покинутой башни, - что сейчас самое подходящее время поведать нам поподробнее об одном из задержавших тебя в пути осложнений.
– Она круто повернулась и в упор посмотрела на Трэвиса.

Тот сидел на камне, понурив голову и тупо вглядываясь в раскрытую ладонь. Высветившийся на ней знак давно побледнел и изгладился, но он чувствовал под кожей каждый изгиб составляющих его линий. Изображение раскаленной нитью пылало в его мозгу, и стоило Трэвису хоть на мгновение закрыть глаза, как перед мысленным взором тут же вновь проступали три скрещивающиеся под углом прямые:

В голове теснились не находящие ответа вопросы. Каким образом поместил Джек этот знак на его ладонь? Зачем он так поступил? Что означает этот светящийся символ? Стоп! А почему, собственно, символ? Разумеется, знак на ладони Трэвиса заметно отличался от начертанного на круглом диске, найденном, по словам Фолкена, в ущелье Теней, но оба наверняка имели общее происхождение. Как там он его называл? Руна? Точно, руна! Жаль только, что и это слово ничего не объясняет. Ну зачем, зачем ты так подставил меня, Джек?!

Бельтан озабоченно переминался с ноги на ногу, но до сих пор не проронил ни слова. Очевидно, в подобных ситуациях рыцарь привык безоговорочно полагаться на Мелию и Фолкена, куда более сведущих в магии, нежели он. В магии? Ну да, конечно, в чем же еще? За исключением одной маленькой детали. В книжках, которые Трэвис читал в детстве, маги и волшебники тоже творили чудеса - чаще добрые, иногда злые, но всегда удивительные и восхитительно волнующие воображение. Магия Зеи оказалась совсем иной - темной, пугающей, противной человеческому естеству. И нечего удивляться, если даже друг Фолкен поглядывает на него с подозрением.