– Нет, не обо всем. А если и так, позволь мне просто молча посидеть рядом. Я не переживу твоего ухода.

Я закрыла глаза и едва не зарыдала.

– Не хочешь прогуляться?

Мы молча встали и пошли по пляжу. Рядом, но не вместе. Я все еще чувствовала себя безумно одинокой.

– Право, лучше бы вернуться, Крис. Сэм… Мы остановились на середине пляжа. Чтобы возвратиться, нужно было доплыть до Болинас и добраться до дома. Минимум полчаса. Я начинала тревожиться. Сэм осталась одна. Вдруг она проснется? Конечно, ничего страшного не случится, но приятного в этом мало.

– Хорошо, Джилл. Я хотел дойти до нашего грота.

Он выглядел малышом, у которого отняли любимую игрушку, но я шарахнулась, словно от пощечины.

– Крис, как ты можешь? Неужели ты действительно ни черта не понял?

Все очарование молчаливой прогулки под луной бесследно исчезло. Я со всех ног побежала к косе, прыгнула в воду и быстро поплыла к другому берегу. Но Крис все равно добрался до него раньше. Когда я вылезла из воды, он крепко прижал меня к себе.

– Проклятие, лучше помолчи, Джиллиан Форрестер! Да, сегодня я сделал гадость, но я люблю тебя, и хуже всего то, что ты мне до сих пор не веришь. – Его губы крепко прижались к моим, и этот поцелуй потряс меня до глубины души.

– Крис…

– Молчи. Нужно вернуться к Сэм.

Он взял меня за руку и повел к тому месту, где лежала наша одежда. Я натянула платье, а Крис влез в джинсы – единственное, что на нем было.

Не говоря ни слова, мы пошли к дому. Свет в нем не горел, все было спокойно. Я заглянула в комнату и с облегчением убедилась, что Сэм спит. В нашей спальне все переменилось. Крис не терял времени даром. Кровать была застелена чистыми простынями, на столе красовалась ваза с цветами.

– Ты ложишься? – Он сидел на краю кровати и едва заметно улыбался.

– Хорошо поработал… – Ничто не напоминало о происшедшем, но мысль об этом засела у меня в мозгу как заноза.

– Ты не ответила на вопрос.

Крис погасил свет, и я стояла в темноте, не зная, как быть. Ложиться в постель мне не хотелось, но и уйти не было сил. Вспомнились его слова о том, что, вернись я вовремя, все было бы шито-крыто. Но я, как на грех, приехала слишком рано.

Он повернулся на бок… Я медленно вошла в комнату и начала раздеваться. Ладно, лягу с ним, но никакой любви! Может, она ему и не нужна. Сегодня Крис уже получил свое. Едва не застонав от воспоминания, я юркнула под простыню, повернулась к нему спиной и мгновенно уснула от изнеможения.

Я проснулась от аромата жареной свинины. Было пять утра, и за окнами стоял туман.

– Доброе утро, спящая красавица. Завтрак на столе!

Я ощущала себя не спящей красавицей, а спящей уродиной, и запах бекона вызывал у меня тошноту. Вспомнились события вчерашнего дня, и нервы дали о себе знать.

– Привет, мамочка! Мы испекли тебе вафри!

– Вафли. Как, ты уже одета? Похоже, вы оба поднялись ни свет ни заря. – Как бы я ни чувствовала себя, пришлось делать хорошую мину при плохой игре. По крайней мере при Сэм.

Я встала, почистила зубы и почувствовала себя немного лучше. Вафли оказались вкусные. Я съела две штуки, и Сэм задрожала от радости.

– Мамочка, тебе понравилось?

– Ужасно понравилось. – Я бросила взгляд на Криса, но он был занят уборкой кухни. – Чего ради вы проснулись в такую рань?

Мне нужно быть на месте в шесть, и если ты не передумала, то пора выезжать. Я уже опаздываю. – Он в упор посмотрел на меня с другого конца комнаты.

– Ладно. Спасибо. Я пошла укладывать вещи Сэм и одеваться. Буду готова через десять минут.

Джинсы, рубашка… В городе мне делать было абсолютно нечего. Разве что поздравить Джо Трамино, который оказался прав.

Сэм выглядела расстроенной, и я попыталась уговорить ее спеть, чтобы у нее поднялось настроение. Слава богу, Стинсон и Болинас тонули в тумане: их вид перевернул бы мне душу. Мы видели лишь небольшой участок дороги и тянувшиеся вдоль него холмы.

В это время на дорогах не было ни души, и мы добрались до города за полчаса. Крис остановился под окнами нашей квартиры, посадил Сэм на спину и донес ее до дверей.

– Скоро увидимся, пигалица.

Девочка чуть не заплакала. Тогда Крис наклонился к ней и что-то прошептал на ухо. Лицо Сэм тут же просияло.

– Ладно, дядя Криц. До свидания! – Она захлопнула за собой дверь, а я растерянно обернулась к Крису.

– Что ты ей сказал? – Пусть не морочит ребенку голову. – Я хочу знать.

– Не твое дело. Это касается только нас двоих. А тебе я скажу вот что: если ты думаешь, что все кончено, то сильно ошибаешься. И не пытайся догадаться, о чем идет речь. Мне и самому пока не все ясно. Просто я не позволю тебе уйти. Ты меня слышишь?