Горман сообщил десантникам:

— Уровень В. Они на следующем, внизу. Старайтесь двигаться помедленней. Ваши камеры мечутся, очень трудно разобрать картинки на мониторах.

Дитрих повернулась к Фросту:

— Может, нам полететь? Тогда изображение не будет скакать.

— А что, если я тебя понесу? — предложил Хадсон.

— А что, если я спущу тебя по рельсам? — парировала та. — Изображение будет классным. Пока ты не шлепнешься о дно, конечно.

— А ну-ка, там сзади, заткнись! — прорычал Эйпон.

Хадсон и остальные сделали ему такое одолжение.

В кабине самохода Рипли нависла над правым плечом сидящего Гормана, Берк — над левым, а Головастик втиснулась между ними. Экранов было много, все мониторы работали, но ни на одном не было четкого изображения.

— Попытайтесь сосредоточиться на нижнем уровне, — предложил Берк.

— Я сделал это в первую очередь, мистер Берк. Там сильные помехи. Чем ниже они спускаются, тем большие препятствия приходится преодолевать сигналам. Портативные батареи на костюмах не очень-то мощные, вот в чем дело. Кстати, чем облицована станция?

— Карбоволоконный пластик и кремнезем, его добавляли не скупясь — для прочности. Много арматуры из металлостекла. Фундамент и подуровни из более простых материалов — бетона и остальных перекрытий с добавлением титана.

Горман не скрывал своего разочарования:

— Если бы энергия иссякла и станция отключилась, изображение было бы лучше. Но тогда станцию можно будет использовать только в качества маяка. Это разорительно.

Он покачал головой, рассматривая расплывчатое изображение, затем потянулся к передатчику:

— Мы не можем разобрать, что у вас прямо по курсу? Что это?

— Это вы мне скажите. — Голос Хадсона был так же еле различим, как и передаваемое им изображение. — Я только снимаю.

Лейтенант спросил Берка:

— Ваши люди построили это?

Представитель Компании приблизился к ряду экранов, вглядываясь в смутное изображение недр трансформаторной станции:

— Нет, черт возьми.

— Вы знаете, что это такое?

— Никогда не видел ничего подобного.

— Колонисты могли построить это?

Продолжая вглядываться, Берк отрицательно покачал головой: — Такого нет ни в одном учебном пособии. Если это сделали они, то это чистая импровизация.

На самом нижнем подуровне станции, кроме сплетения труб и воздухопроводов, они увидели нечто необычное. Это не было результатом целенаправленной деятельности колонистов или какой-нибудь промышленной новинкой. Все вокруг было покрыто сырыми блестящими пятнами необычного материала: чем-то вроде жидкой резины или клея. Он пропитывал поверхность конструкции на глубину до нескольких сантиметров. В некоторых местах он становился непрозрачным. Вещество было разных оттенков — от зеленого до серого.

Это странное сооружение имело около метра в диаметре и метров двенадцать в длину и было обвито пучками паутинообразных волокон, которые при ближайшем ознакомлении оказались прочнее стального троса.

Этот туннель переходил в лабиринт, пол которого был усеян какими-то коническими углублениями. Все было сделано с такой точностью, что трудно было назвать это ручной работой. В некоторых местах новая пристройка почти ничем не отличалась от обычного оснащения станции, но опять же никто не смог бы с определенностью сказать, было ли это специальной имитацией или слепым копированием. Хотя странное сооружение занимало почти все свободное пространство на уровне С, оно не нарушало обычного ритма работы станции. Трансформатор продолжал фильтровать атмосферу Ачерона, не обращая внимания на чужеродное строение, заполнившее почти весь нижний уровень.

Из всех присутствующих одна лишь Рипли могла догадаться, на что наткнулись десантники, но она буквально оцепенела от ужаса. Как завороженная, она смотрела на экран, пытаясь что-то вспомнить. Обернувшись, Горман заметил ее состояние и коротко спросил:

— Что это?

— Не знаю, — прошептала она.

— Нет, ты знаешь об этом больше нас всех, вместе взятых. Ну, Рипли, выкладывай. Я дорого заплатил бы за правдивую информацию.

— Правда, не знаю. Кажется, я видела что-то подобное раньше, но не уверена. Это отличается. Более детально… нет, не знаю.

— Когда вспомнишь, дай мне знать. — Разочарованный, лейтенант снова повернулся к пульта. — Ваше мнение, сержант?

Десантники продолжали путь, их фонари высвечивали остекленевшие стены. Чем дальше они шли по лабиринту, тем больше им казалось, что все это скорее выросло, наросло, нежели было построено. Лабиринт скорее походил на гигантский орган или кость. На нечеловеческий орган или нечеловеческую кость.

В этом сооружении, каково бы ни было его назначение, концентрировалось отработанное тепло трансформаторных установок. Пар конденсировался и стекал в лужи с ритмичным шипением, в котором как бы отражалось дыхание фабрики.