В последнюю секунду передок машины вывернул влево. Заднее правое крыло ударилось о большое дерево, так что бампер частично отделился от машины и вылетела фара. Джей накренил машину влево, и она запрыгала, удаляясь от дерева. Наконец она остановилась носом в том направлении, откуда он приехал. Джей нажал на газ, развернул машину вправо, за другое большое дерево, остановил ее и стал ждать.

Через несколько секунд другая машина с ревом пронеслась по мостику. Сначала Джею не видно было ее из-за дерева, за которым он спрятался. Но ждать ему пришлось недолго. Перед его глазами, скользя, как и он, промчалась синяя машина. Но водитель не сумел совладать с управлением. Машина проскочила мимо Джея и с треском врезалась в массивный ствол дерева.

Джей включил мотор и помчался назад, вверх по холму, с которого съехал; задний бампер машины, едва держась, волочился за ним по дороге. В верхней точке мостика Джей приостановился, но, увидев, как из синей машины медленно вылезает водитель, поехал дальше. Он позвонит в полицию и сообщит о случившемся, когда доберется до уличного телефона-автомата подальше от Глостера.

Сидя за кухонным столом у окна маленького дома с тремя спальнями, Билл Маккарти провел рукой по волосам. Над этим районом, где жил средний класс, спускались сумерки.

– Нужно к чертовой матери подстричь волосы, – объявил он.

– Конечно. – Кевин О'Ши сидел напротив него за столом и пил чай со льдом без сахара. – А то вы начинаете походить на хиппи, точно бродяга из шестидесятых.

– Вот это будет денек, – проворчал Маккарти.

О'Ши усмехнулся:

– Все, что вам скоро потребуется, – это пара расклешенных джинсов и выцветшая майка.

Верхняя пуговка на рубашке О'Ши была расстегнута, галстук приспущен, а темно-рыжие густые завитки волос взлохмачены. Во второй половине дня влажность достигла девяноста процентов, а температура подскочила почти до ста градусов. В маленьком доме, которым они пользовались для встреч, не было кондиционера.

– Что вы скажете о том, как выглядит Билл, Оливер?

Оливер сидел съежившись рядом с О'Ши.

– Вы меня слышали? – И О'Ши локтем толкнул в бок Оливера.

Оливер пробормотал что-то нечленораздельное, но так и не посмотрел на Билла. Он заметно помрачнел с утра. Мэйсон снова, как и накануне, замкнулся в себе. Эбби была мертва, и у него было зловещее предчувствие, что план, на который он рассчитывал, чтобы выбраться из ситуации со сделками на основе инсайдерской информации, давал трещины. Кто-то разрушал его броню. И исчезла его подпорка – запас кокаина кончился.

– Почему мы должны таскаться сюда? – буркнул Маккарти, заранее раздраженный необходимостью совершать долгую поездку обратно в город. – Господи, этот дохлый городишко, наверное, милях в пятидесяти от Уолл-стрит.

– В шестидесяти, – уточнил О'Ши. – И городишко вовсе не дохлый. Это очень милый городок. Мои родственники живут тут. – «Маккарти превращается в настоящего нудоту», – подумал О'Ши. – Мы встречаемся тут из соображений безопасности. – Они приехали сюда, в этот маленький городок под названием Милтон на берегу Гудзона, в штате Нью-Йорк, в разных машинах с профессиональными шоферами, тщательно следившими за тем, чтобы никто не ехал за ними. Федеральные правовые органы держали целую сеть домов в тихих уголках страны для подобных встреч. – Мы слишком далеко зашли, чтобы все взорвать из-за того, что кто-то случайно услышал то, чего не должен был слышать.

– Какого черта, кто мог нас слышать? – спросил Маккарти. – И к чему эти игры с ездой туда-сюда, это петляние, которым мы занимаемся по дороге? Господи, я думал, что вылечу из машины на одном из этих поворотов, которые в подражание цэрэушникам делал мой шофер.

– Ну так подавайте на меня в суд, – огрызнулся О'Ши. – Я считал все это необходимым, а как я говорю, так и делают. В этом автобусе водителем являюсь я. – Он взял со стола яблоко и откусил большой кусок. О'Ши проголодался. Последние несколько дней он ел только зеленый салат. Но похоже, диета не оказывала никакого влияния на его талию.

– Хорошо, но можем мы покончить с нашими делами? – спросил Маккарти. – Я хотел бы вернуться в город. В пятницу у меня самолет в Новый Орлеан, а я еще не уложил вещи.

– Вот как? – Радар О'Ши тотчас включился. – В Новый Орлеан?

– Да, нужно же мне какое-нибудь отдохновение на природе – вот я и еду в свой домик на реке.

О'Ши кивнул. Он-то первоначально считал, что Маккарти следует находиться в Нью-Йорке, учитывая то, что должно произойти. Но сейчас он передумал и решил, что, пожалуй, будет лучше, если Маккарти окажется вдали от того, что произойдет, чтобы люди, занимающиеся связью с общественностью, могли сами со всем справиться, а Маккарти не попал бы в незнакомые для него воды. У Маккарти было очень мало опыта общения с репортерами, так что, пожалуй, ему лучше отсутствовать – по крайней мере вначале. Но в какой-то момент он должен будет держать ответ. И О'Ши усмехнулся. На долю Маккарти выпадет лишь одно: вынести несколько нелицеприятных вопросов от пары репортеров. О'Ши знал, что Маккарти презирал прессу, но ответы в течение двух-трех часов на вопросы корреспондентов не такая уж большая цена за неплохую сделку, которую предложило ему правительство. Ведь по всем правилам именно он должен был полететь. Возможно, в конце концов так и произойдет.

– Оставьте номер телефона, Билл, – приказал О'Ши.

– Нет, не оставлю, – сказал Маккарти. – Если я вам понадоблюсь, можете позвонить моему помощнику в компании. Я не хочу, чтобы меня тревожили, пока я буду в Луизиане. Хочу от всего отрешиться. Полностью отдохнуть. Я возьму с собой мобильный телефон, но Кэрин Уокер – единственная, кому будет известен этот номер.

– О'кей, – медленно произнес О'Ши, закатывая глаза. Если Маккарти хочет упрямиться, пусть упрямится, черт с ним.