Она медленно кивнула и улыбнулась:

— Да, если это действительно то, чего вы хотите, любовь моя!

Николас облегченно вздохнул.

— Кажется, мы можем начинать, господин Парсон, — обратился он к священнику.

Церемония в полусырой, по-зимнему холодной, со всех сторон продуваемой церкви длилась сравнительно недолго. Но Полли мало трогало это, как и отсутствие той торжественности, что сопровождает обычно обряд бракосочетания. Ответив на вопрос священника, девушка, держа руку в ладони Ника, все время думала, когда же она, наконец проснется.

По завершении церемонии свидетели расписались, как то и положено, на брачном документе, и, заплатив священнослужителю, все четверо вышли из церкви.

— Джон Кучер отвезет тебя домой, Полли, — сказал Ник, открывая дверцу экипажа.

Она взглянула в недоумении на его лицо, слабо освещенное тусклым лунным светом.

— Отвезет меня домой? А как же вы?

— Мне нужно уладить кое-какие дела, — спокойно ответил Ник. — Я постараюсь приехать как можно скорее. А тебе необходимо поесть и отдохнуть, как ты и требовала недавно с полным на то основанием.

Он улыбнулся, однако Полли встревожилась.

— Я поеду с вами. Не так уж я голодна, что не смогу потерпеть еще чуточку.

Но Кинкейд был неумолим.

— Отправляйся домой, — произнес он твердо, — мы расстаемся с тобой совсем ненадолго. Полли упрямо тряхнула головой.

— Вы не моргнув глазом женились на мне и тут же бросаете! Бессмыслица какая-то, милорд!

Николас вздохнул:

— Хочу напомнить, что прошло всего лишь несколько минут, с тех пор как ты давала торжественную клятву во всем слушаться мужа. Неужели ты хочешь так скоро нарушить ее?

— А я и не знала, сэр, что клялась в беспрекословном выполнении распоряжений, смысла которых не понимаю! — проговорила раздраженно Полли.

— Подчини себе жену и обретешь ее, — изрек глубокомысленно Ричард. — Давай, Ник, решай, что будем делать. А то холодно как в аду, и, кроме того, час далеко не ранний.

— Вполне своевременное замечание, — молвил мрачно Николас.

Не обращая внимания на сопротивление жены, он схватил ее в охапку, втолкнул в карету и захлопнул за ней дверцу.

— На Друри-лейн, Джон! — крикнул он. Кучер хлестнул лошадей, и карета помчала, увозя ругавшуюся, словно уличная торговка, леди Кинкейд.

— Да, это не лучший способ начинать семейную жизнь! — констатировал Николас.

— А ты и не сможешь начать ее должным образом, пока не доведешь все до конца, — произнес Ричард Де Винтер, и трое джентльменов направились к особняку герцога Букингемского на Стренд-стрит.

Джордж Виллерс был в библиотеке, когда ему доложили, что лорд Кинкейд, лорд Де Винтер и сэр Питер Эплби желают видеть его.

— В столь поздний час? — удивился герцог, хмуря брови. — Ну что ж, пригласи их. Пусть войдут.

Ожидая, когда незваные гости поднимутся, он мрачно размышлял, чем обязан странному посещению. Если это официальный визит, то почему в такой поздний час? А если…

— Прошу вас, господа! — приветствовал с улыбкой Джордж Виллерс входящих. — Что заставило вас нанести мне неожиданный визит? Впрочем, в любом случае — добро пожаловать! Хотите вина?

— Нас привело к вам дело чести, милорд! — заявил Николас.

— Вот как! Надеюсь, это что-нибудь приятное…

— Ошибаетесь. — Николас снял с руки перчатку и швырнул ее в лицо герцогу. — Я хочу отомстить вам за нанесенное вами оскорбление!

Джордж Виллерс насмешливо скривил губы.

— Вы, должно быть, сумасшедший. Какое еще оскорбление? Я ничего не знаю об этом. Остыньте, милорд! Не делайте из себя всеобщее посмешище!

— Поднимите перчатку, герцог, иначе вы сами станете объектом злословия, — тихо сказал Николас. — Если вы откажетесь сделать это, то присутствующие здесь джентльмены засвидетельствуют, что вы повели себя как настоящий трус.

Джордж Виллерс побледнел, однако в голосе его прозвучало явное презрение, когда он спросил:

— Но помилуйте, чья же затронута честь?

— Моей жены, а следовательно, моя собственная!

Герцог побледнел еще больше, но тут же взял себя в руки.

— Так-так, понимаю. Как это я сразу не догадался? Довольно глупо с моей стороны. — Он поднял перчатку. — Ну что ж, когда и где, господа?

— У Старых Вязов, на рассвете, — ответил Ричард с вежливой улыбкой. — Мы, сэр Питер и я, требуем как секунданты соблюдения всех правил дуэли.