– Ред, я знаю, что тебе хочется заполучить свою жертву – особенно чтобы ею был я, – но я этого не делал. Ты говоришь, что нашел все эти вещи в моем доме. Но где же языки? Где скальпель? Где последняя серебряная ложка?

– Это ты мне расскажешь. Ты единственный, кто знает.

– Их нет у меня дома, потому что Серебряному Языку они еще нужны. А я не Серебряный Язык.

– Единственная причина, по которой ты прячешь эти вещицы, заключается в том, что ты еще лелеешь надежду добраться до меня. Но ни черта у тебя не выйдет.

Ред вдруг чувствует, что с него хватит. Он встает.

– Дункан Уоррен, я намерен рекомендовать прокурору предъявить тебе обвинение по десяти эпизодам убийств и избрать в качестве меры пресечения до суда содержание под стражей.

И Ред делает то, что ему ни разу не удалось с братом Эриком: выходит из комнаты, не оглянувшись.

Четверг, 1 апреля 1999 года

Скотланд-Ярд снова лихорадит. За последние два месяца в Лондоне были найдены три убитые и искромсанные проститутки, и пресса буквально зашлась возбуждением от перспективы появления нового Джека Потрошителя.

В половине девятого Ред заканчивает рабочий день. Он идет по коридору и заходит в кабинет Джеза.

– Хочешь пива?

Джез просматривает фотографии самой последней жертвы убийцы проституток. Зрелище впечатляющее.

– Угу. Пожалуй, пиво мне сейчас вовсе не помешает.

Они идут в паб за углом и, взяв две пинты светлого, устраиваются за столиком.

– Придумал что-нибудь славное, как получше провести выходные на Пасху? – спрашивает Джез.

– Мы со Сьюзен решили погостить у друзей в Нью-Форесте. Она уже уехала туда. Я сказал ей, что подъеду завтра. Хоть на пару дней уберусь подальше от нашего приятеля, потрошителя шлюх.

– Она как настроена, нормально?

– Да. Во всяком случае, я так думаю. Она здорово успокоилась, после того как Дункана арестовали и вся эта история закончилась. Не то чтобы все сразу встало на свои места – нам потребовалась неделя, чтобы разобраться в наших делах, – но сейчас вроде бы все в порядке.

– Ты правда думал, что потерял ее, верно?

Ред шумно выдыхает.

– Пожалуй, что так. Правда, тогда я на этом не особенно зацикливался, потому что был совершенно поглощен делом "апостолов". Но если бы остановился и задумался как следует, да, скорее всего, я бы так и сказал.

– Ты определенно принял всю эту историю с Дунканом близко к сердцу.

– Чертовски верно. Вы, ребята, видели, как это на меня действовало. Фактически дело дошло до нервного срыва. Трудно удержаться от ненависти к тому, кто проделывает с тобой такие фокусы. Вы с Кейт, похоже, справлялись с этим гораздо лучше.

– Нет, мы, наверное, просто лучше это скрывали. К тому же, не забудь, Дункан угрожал не мне и не Кейт, а тебе лично. Прислал тебе монеты и то письмо Эрику... Это было совсем уж низко. В общем, теперь все закончилось. Выпьем за успешное судебное разбирательство и десять пожизненных заключений для Дункана.

Они чокаются бокалами и выпивают.

– А когда дело будет передано в суд? – спрашивает Джез.

– Думаю, в ноябре. Бог его знает, почему так затягивается. По мне, так более ясное и бесспорное дело еще нужно постараться отыскать.

– Правда, Дункан продолжает заявлять о своей невиновности.

– Ну а что ему еще остается делать? В конце концов, отрицание своей вины – лучший способ устроить шумный затяжной процесс. На суде эта история всплывет во всех подробностях, и он прославится на весь мир как один из самых кровавых злодеев в истории. Это будет в десять раз круче процесса над Роуз Уэст. Ну а признай он себя виновным, все закончится в считанные часы, без всякого шоу.

– Хорошо, что мы тогда вовремя починили то окно.

– Какое окно?

– Которое я разбил, чтобы забраться к нему домой.

Ред смеется.

– Ну да. То.

– Было бы очень неприятно увидеть, как его отпускают в связи с неправомочностью улик. У нас ведь не было ордера на обыск. Пока Кейт не получила ордер, подписанный задним числом.

Ред шутливо машет своим пинтовой кружкой.

– Больше этого не делайте, молодой человек. Заметь, в общем ты поступил правильно. Неправильно, но вместе с тем правильно. Как твой начальник, я должен сделать тебе официальное замечание за нарушение и проникновение. Как твой коллега, я думаю, что ты поступил чертовски верно. Обнаружение всех этих орудий – главное, что его цепляет. Дункан мог бы отвертеться и от покупки ложек – сперли карту, и весь сказ, – и от связи с этой хреновой сектой. Но когда у тебя под лестницей находят орудия семи убийств, отмазаться нелегко.