— Ты как, жив-здоров?

— Отлично. То есть будет отлично, когда позавтракаю.

— Опять овсянка. Пальчики оближешь.

— Скоро уедем, — заверил его Стив. — Отец Родригес хочет о чем-то потолковать со мной после завтрака, а там можно и в путь-дорогу.

— Не обижайся, малыш, но вид у тебя такой, что тебе прямая путь-дорога в постель.

— В этом ты, может, и прав, — согласился Стив.

Они смолкли до окончания службы, а после направились прямо в трапезную, чтобы позавтракать. Александер оказался прав: снова овсянка. Должно быть, ничего другого тут на завтрак не подают. Но Стив так проголодался, что сейчас даже картон показался бы ему вкуснее лучшего ростбифа на свете.

Ел он молча. Честно говоря, на разговоры у него просто не осталось сил. Последние два дня дались ему дорогой ценой. Но зато все мучения с лихвой искупило избавление от нежеланного постояльца. Раньше Стив даже и не догадывался, насколько сильно сказывалось на всей его жизни непрошеное вмешательство Белеверна.

Ах, если бы только избавиться от настоящего Белеверна было так же легко и просто! Тогда можно было бы вернуться к своей собственной жизни и навсегда выбросить все это из головы. Ага, еслибы да кабы.

После завтрака Стив нашел отца Родригеса, ожидавшего его в святилище. Перекрестившись, Стив присел рядом со священником.

— Как ты себя чувствуешь? — осведомился Родригес.

— Смертельно усталым. Смертельно усталым и рожденным заново.

— Вполне понятно, — кивнул отец Родригес. — Пожалуй, тебе стоило бы посвятить весь день отдыху. Я удивился, узрев тебя сегодня на утренней мессе.

— Мне хотелось ее посетить.

— Похвально, но тебе не стоит чрезмерно переутомляться. У нас еще множество дел.

— Как?

Родригес оглянулся, словно желая убедиться, что никто не подслушает.

— Я не хотел открываться тебе, пока злой дух не будет изгнан, — продолжал он, понизив голос. — Твое прибытие сюда было предсказано. А именно, настоятелю и мне были ниспосланы сновидения, предвещавшие твой приход.

— Сновидения? — переспросил Стив. Неужели его появление в церкви Святого Михаила было предопределено?

— Да. Эти сновидения были весьма конкретны, хотя они не приготовили нас к необходимости провести экзорцизм. Однако нам дали ясно понять, что мы должны оказывать тебе помощь всеми возможными способами.

— И я искренне благодарен за вашу помощь, святой отец.

— Но тебе оказана еще не вся помощь.

— Что… как это?

— Сновидения навели нас на мысль, что ты привезешь с собой меч. Это так?

— Да, так. Он… в джипе.

— Хорошо, — кивнул Родригес. — Он нам понадобится. Он должен быть освящен. А ты сам примешь постриг и посвящение.

— Посвящение? — Стиву пришло в голову лишь одно истолкование этого слова. — В духовный сан, как священник?

— Нет… не совсем. — Отец Родригес еще раз тревожно огляделся и понизил голос до едва слышного шепота. — Ты не должен никому об этом рассказывать. Сны и видения весьма однозначно провозглашали, что ты должен быть посвящен в орден, запрещенный церковью семь столетий назад. Официально ты станешь францисканцем, то есть членом нашего ордена.

— Официально? — Как-то это подозрительно. А что, если Стив согласится, а потом кто-то узнает, к какому ордену он принадлежит на самом деле? Судя по тому, как держится отец Родригес, отлучение от церкви станет лишь первым шагом.

— А кем я буду… неофициально? Отец Родригес помедлил перед ответом:

— Рыцарем ордена тамплиеров.

Стив преклонил колени перед алтарем, и настоятель возложил руки ему на голову. Постриг произошел утром, перед всей конгрегацией. А на посвящение, проводимое в узком кругу, допустили лишь небольшую группу священнослужителей.

Произнеся несколько фраз по-латыни, настоятель убрал руки и знаком велел Стиву встать. Стив послушался, и присутствующие священники подошли, дабы облачить его. Поверх белого одеяния, надетого Стивом для ритуала, на него возложили белую мантию с красной оторочкой и красными равноплечими крестами на груди и на спине.

Отец Родригес поднял с алтаря меч, освященный вчера ночью, и подошел к Стиву.

— Прими сей меч, как знак власти, вверенной тебе для защиты Святого Писания и сбережения Святых Таинств Господних. Не предай доверия, возложенного на тебя как на служителя Святой Церкви и рыцаря Храма Христова.

Памятные слова другого священника из другого мира эхом отозвались в памяти Стива: «Ни за что не посрами его!» Стив принял меч из рук отца Родригеса и склонил голову, чтобы коснуться клинка лбом, как ему велели заранее. И вложил меч в ножны, висящие на поясе.

— Никогда не предам.

— Может, тебе все-таки лучше остаться еще на одну ночь? — спросил отец Родригес. — Ты все еще слаб после столь тяжких испытаний.

— Нет, святой отец.

— Брат, — поправил Родригес.