Голос, который нас шугал, принадлежит лорду-демону... Блин! Не произнесу я имя его! Не выговорю! Короче, лорд этот то ли охраняет, то ли владеет всем этим районом. Ну, типа московской команды, и все такое. И он сам решает, кому из гостей в Багнадоф можно, а кому нельзя. Нормальных-то гостей пускают, одного, кстати, мы и увидели почти сразу же. Ну, тот хмырь, в длинной хламиде такой, серебристого цвета. То есть типа того, что и сейчас в Багнадоф желающие попасть отыскиваются. И это несмотря на то, что у нас, в Срединном Мире, этого Багнадофа — хоть задницей ешь!

А то, что мы не обычные гости, это уже по одежде понятно. Потому как в таких вот шмотках никто еще сюда никогда не попадал.

Жалко только, что автомата моего нет, там остался, в Срединном Мире. А вот мечи Колобка сюда попали вместе с ним, и даже очень. У Гнуся еще нож — хороший, еще с Твери у него он. Катька тоже с ножом. А так больше ни у кого ни фига нету. Не знаю я, почему оружие там осталось. Может, чего не так сработало? А может, так и задумало было? Непонятно.

Насчет одежды тоже не въезжаю я. С первого же мгновения почувствовал — не то что-то. Сперва понять не мог, а потом дошло: чистая она, блин! Ну, совсем чистая! Не, нормально, да? Хорошее заклинание — и в Багнадоф перебрасывает, и шмотки чистит, зараза!

По правде сказать, я сгоряча подумал, что Маркулий этот напутал чего-то. Ну хоть режьте, не похоже это все на Преисподнюю! Если сравнивать, то, к примеру, та же Москва ихняя на Преисподнюю похожа гораздо больше. А здесь — тишина, покой, сонно даже как-то, безопасно. Ну пока, во всяком случае.

Мархаэоль сразу нам сказала, что начать поиски Маркулия нужно с таверны «Мистраль». Типа Маркулий о Багнадофе наверняка знает в основном из записей, оставшихся от Иосифа Резника. А тот типа обожал в этой таверне посидеть.

Вообще, много чего она понарассказала. Эллина с Катей слушали ее, открыв рот. Гнусь с Юркой и Колобком — те спокойнее отнеслись. Юрка особенно — только улыбался криво так. Типа мы нигде не пропадем. Хорошо бы...

Мархаэоль стоит на самом носу лодки, платьице её колышется, словно от слабого ветерка. А я позади сижу, возле самого демона, который нас везет. Ну, демон-то ничего, не очень страшный. На лягушку похожий слегка, только с клешнями, как у рака. И лап для лягушки многовато — целых десять я насчитал.

— Слушай, — говорю я Мархаэоль, — а чего там, у маяка, лорд этот сказал, что ты не принадлежишь этому миру?

Лодка дернулась, качнулась.

— Не упоминай лорда-демона Симмаархаала Нэга, — делает мне замечание Мархаэоль. — Тем более без титула и в неуважительном тоне...

Голос у нее строгий в этот момент. Мне даже извиниться перед ней захотелось.

— Я не из Багнадофа, — продолжает она. — Но моя власть имеет силу и здесь.

Я даже вздохнул с облегчением. Катька пугала всё, типа Мархаэоль из местных, из Преисподней. Выходит, что нет. Хорошо.

— Я из мира, который называется Саакбарад, — говорит. — Мне подчиняется провинция Харамишат, там я — полная хозяйка. А в Самате я тоже гость, как и вы. Хотя и обладаю большей властью. Но и большей ответственностью.

Я помолчал. Так понимаю, это она за нас отвечает типа. Ну что ж... постараемся не подвести.

— А мне вот интересно, — говорю, — ты нам просто так помогаешь или как?

— Нет, Толик, — качает она головой. — Не просто так. Мне нужно, чтобы маг Срединного Мира не успел навредить. А он может это сделать. Случайно, но может.

— Тебе-то какая разница?! — удивляюсь. — Если он Багнадофу навредит-то?

— Не Багнадофу. — Мархаэоль поворачивается и внимательно смотрит на меня. — Не Багнадофу — Саакбараду.

Ага, понятно, думаю. Это она о своем мире говорит.

Ну, молчу я. На душе как-то неспокойно сделалось. Типа получается, что она нам не просто так помогает. А с другой стороны — ну какая польза ей была меня всю дорогу выручать? И в Твери, и в Москве...

Вздохнул я, молчу, по сторонам смотрю.

Город Самат большой, огромный просто-таки. Почти всю провинцию Багнадоф занимает. И вот сколько мы уже плывем, а дома вокруг все время разные. Может быть, похожие и попадаются, только я либо не видел ни одного, либо просто не запомнил.

Лодка тихо плывет, бесшумно. Вода в канале вдруг ни с того ни с сего цвет свой поменяла, сделалась серебристой, словно ртуть. Хотел было я руку туда сунуть, да побоялся. Мало ли чего? Вдруг она опасная стала? А спрашивать неохота. По каждому пустяку Мархаэоль беспокоить тоже не хочется. Да и вообще...

— Толик, — Мархаэоль повернулась ко мне, присела, в глаза смотрит. — Толик, ты мне верь. Я тебя никогда не оставлю. И всегда тебе буду помогать. Только ты сам не уходи. Ладно?

Глаза у нее — бездна желтая. Словно металл кипящий — переливается что-то там в глубине, сияет ослепительными искорками. Кожа лица нежная, так и тянет прикоснуться. Волосы зеленые — мягкие такие на вид. Зарыться бы в них лицом, вдохнуть запах и не выдыхать никогда в жизни.