— Отчего ж добрым людям не помочь? Узнать бы только, откуда они такие берутся.

Об экспедиции Эскобар поведал предельно коротко. Беженцы из Гердонеза. Укрываются от варваров. Направляются на восток. Зачем?.. За спокойной жизнью, отыскать ее западнее надежд нет. Овелид-Кун располагался существенно ближе к реальной цели путешествия, однако и здесь вряд ли восприняли туманные замыслы с хардаями.

— Темните что-то, — хмыкнул, наконец, Пиколь. — Ну да дело ваше, я-то чем могу пособить?

— Может, приятели-ватажники помогут? — Иигуир долго отказывался переводить такое, но офицер был непреклонен. — При удаче и плата бы нашлась, а?

Лицо пирата потемнело.

— Плата — это, конечно, здорово... Только... слышали, что девка болтала? Я и сам подозревал похожее... Явись сейчас к Остряку, пожалуй, еще испугаются, удавят на пороге... И корабль, значит, славный?..

— Опять никак, сударь, в море потянуло? — настороженно спросил Иигуир.

— Не то... Я свое отгулял, о покое впору мечтать. Думаю вот, кого из знакомцев можно было б такой работенкой соблазнить...

Бентанор только покачал головой: казалось чистым безумием самим призывать на подмогу акул, уповать на честность тех, кто про это понятие давным-давно забыл. Ради святого дела?.. Через что еще придется ради него переступить?

— ...Вот если б на восход чуть подальше, — продолжал бубнить себе под нос Пиколь, — а то места здесь больно чужие, нехоженые.

— В Динхорст надо пробираться, — внезапно заговорила притихшая было девушка. — Там у меня отец сержантом. И князь порядочных людей в обиду не даст.

— Снова на меня намекаешь, ведьма?

— С тобой, гнус, я и без княжеской помощи рассчитаюсь, — голос Элины звучал теперь глухо, но пугал еще больше. — Каждую ночь отныне вздрагивать будешь, прислушиваясь...

— Ну, и как мне прикажете союзничать? — развел руками пират. — Уймите что ли, господа, эту бешеную, или до крови точно дойдет.

Эскобар отмахнулся с досадой:

— Никакой крови. Потерпите, сударыня, не ребенок... Динхорст так Динхорст... Далеко добираться?

— Верхами — суток пять. — Пиколь задумался. — Пешедралом... не пробовал.

— Попробуем. Все равно иных предложений нет, а здесь сидеть — околеем.

Долго засиживаться у костра оснований вроде бы не было — одежду обсушили, а из провизии обнаружилась только горсть заплесневелых сухарей. Тем не менее одна Элина, измученная суетным днем, вскоре сладко посапывала, завернувшись в плащ старика. Сам Иигуир о сне и не помышлял — слишком много теснилось в голове мыслей, слишком мало среди них — светлых. Эскобар, помешивая угли, в молчании слушал рассказ о коварных замыслах стражников.

— Думаешь, я погорячился с побегом? — озабоченно спросил Бентанор.

— Ну почему же, мессир, все правильно. Из того, что вы узнали, именно такие действия и вытекают. Вопрос в том, случайно ли вы это узнали?

— О чем ты, друг мой?

— А представьте, что коменданту вправду очень нужны пойманные шпионы. Кандидаты найдены, да вот беда — серьезных доказательств не хватает. Тогда в игру вступает главная улика...

— Побег из-под стражи? То есть меня примитивно застращали, вынудили удариться в панику, устроить нападение на тюремщика?.. Н-нет, вряд ли, Коанет. Я не столь высокого мнения о способностях местного люда к интригам.

— Однако своего, согласитесь, они добились. Теперь мы вне закона, нас позволено гнать и ловить... И сразу повесить, кстати, тоже. Получается, невольно сами подтвердили свою вину, хотя кровавого побега хватит даже без шпионства.

Иигуир задумался, но вновь покачал головой:

— Нет, очень маловероятно. Я чудом расслышал ту беседу, лишняя пара шагов, и ничего бы не произошло. Чересчур тонко. Это же Овелид-Кун, друг мой. Здесь хорошо воюют, хорошо гуляют, а кознями никогда не выделялись. Составить в считаные минуты столь хитроумный план, объяснить его солдатам, после чего бросить их нам на растерзание? Вряд ли.

— Может, мы оказались непредвиденно шустры, — пожал плечами Эскобар. — Или я — слишком живым. Хотели положить где-нибудь посреди крепостного двора, а получился конфуз. Теперь из кожи полезут... Впрочем, какая разница, мессир? Свершенного не воротишь, даже с повинной, полагаю, назад не примут. Как вы говорили, будем бежать, идти и ползти до последнего вздоха? А народ действительно здесь выглядит простоватым. Заметили, до сих пор никто не обратил внимания на ваше имя? Они, похоже, вовсе не знают о великом Иигуире!