Фаун нахмурилась.

– Я об этом не слышала. Удалось им предупредить их вовремя?

Даг вздохнул.

– Нет. Вернувшиеся жители Боунмарша потом нашли тела… и похоронили, как и этих бедняг. – Он кивнул в сторону насыпей; горожанин, слушая его рассказ, только ковырял каблуком сухую землю, задумчиво сведя брови.

«Да, – подумал Даг, – бери с нее пример. Крестьяне могут задавать вопросы и получать ответы. Почему бы и тебе не попробовать?»

– Родичи не забрали… – Фаун резко оборвала фразу, вспомнив, что спрашивать в присутствии своих соплеменников о костях, используемых для изготовления разделяющих ножей, нельзя. Она только покачала головой.

Горожанин искоса взглянул на Дага.

– Ты ведь не из Боунмарша.

– Нет. Мой эскадрон прискакал из Олеаны на помощь. Мы теперь возвращаемся домой.

– Отряд Дага и убил ваше зловредное привидение, – с гордостью вставила Фаун. – Проклятие Злого… зловредного привидения как раз тогда и отпустило тебя.

– Ха… – уныло буркнул старик. – Могли бы поспеть и побыстрее.

Оскорбленный несправедливостью, Даг резко бросил:

– Если бы кому-нибудь из вас хватило ума сразу же поднять тревогу, все случилось бы намного быстрее. Мы сделали все, что могли, и сразу же, как только узнали.

Между мужчинами повисло упрямое молчание. Горе и усталость, глубокие, как трясина, не позволяли им ни спорить, ни извиняться. Даг в целом получил представление о событиях. Пожалуй, пора было уезжать.

Из чащи голых деревьев вышли трое горожан – они то ли искали там погибших, то ли просто справляли естественные надобности, – и вытаращились, открыв рты, на дозорных. Седой старик резко вскинул голову и, не спуская глаз с Фаун, быстро двинулся к упавшему дереву, все ускоряя и ускоряя шаги. Наконец он не выдержал и побежал; на лице его отразилось страшное волнение; размахивая руками, он закричал:

– Сасси! Сасси!

Даг напрягся, его рука скользнула к рукояти ножа. Сидевший рядом с Фаун горожанин со стоном выпрямился и безнадежным жестом вскинул руки.

Седой старик бежал тем медленнее, чем ближе оказывался; хватая ртом воздух, он тер покрасневшие глаза и присматривался к Фаун. Бесцветным голосом он прошептал:

– Ты не моя Сасси…

– Нет, сэр, – ответила Фаун виновато. – Я Фаун Дага.

Старик продолжал присматриваться к ней.

– Но ты же одна из наших? Тебя привезли обратно дозорные? – Он махнул рукой в сторону всадников, все еще настороженно следивших за происходящим. – Мы можем попытаться найти твоих родных.

– Нет, сэр, я из Олеаны.

– Почему это ты с ними?

– Я замужем за одним из Стражей Озера.

Седой старик растерянно оглянулся и уставился на Сауна, который все еще держал поводья Копперхеда. Старик неприязненно поджал губы.

– Если так тебе сказал тот парень, мисси, то, боюсь, он солгал.

– Это не он… – начала Фаун и умолкла, когда Даг предостерегающе сжал ее руку.

Седой человек глубоко втянул воздух.

– Если захочешь остаться здесь, мисси, мы могли бы найти тебе… – Он умолк, печально озираясь.

– Убежище? – пробормотал его товарищ. – Вряд ли. – Он поднялся с бревна и стиснул плечо несчастного. – Брось, приятель. Она – не наша забота… уж во всяком случае сегодня.

Кинув через плечо разочарованный взгляд, седой старик потащился прочь.

– Надеюсь, он найдет свою Сасси, – сказала Фаун. – Кто она ему? Дочь?

– Внучка, – пробормотал горожанин.

– Ах…

– Нам нужно покинуть эти оскверненные места, Фаун, – сказал Даг, гадая, не счел ли бы горожанин Фаун своей заботой, будь это какой-то другой день. Мысль была неприятной, но опасный момент, если он таковым и был, миновал.

– Ох, конечно! – Фаун тут же вскочила на ноги. – Тебе, должно быть, здесь особенно тяжело. Как твоя нога?

– Ей полегчает, как только я снова окажусь в седле. – Даг тяжело оперся на свой костыль и поднялся. У него уже болело все тело, как при лихорадке. Пока Даг, хромая, ковылял к своему коню, горожанин тащился следом.

На этот раз Саун и Варлин общими усилиями с трудом подняли Дага на Копперхеда. Даг со вздохом поник в седле и даже позволил Сауну вдеть свои ноги в стремена и забрать костыль. Варлин ловко подсадила в седло Фаун, и та благодарно улыбнулась дозорной.

– Готов, Даг? – спросил Саун, похлопав того по ноге.

– Насколько я на это способен, – ответил Даг.

Саун двинулся к своему коню, а брови горожанина поползли вверх.

– Ты и есть ее Даг? – В голосе старика прозвучали удивление и глубокое неодобрение.

– Да, – буркнул Даг. Они несколько мгновений молча смотрели друг на друга, потом Даг начал говорить: – В следующий раз не забудь… – и оборвал себя. Ни час, ни место, ни собеседник не годились для разговора о будущем.

«Да и когда, где и кто окажется подходящим?»