Они тщательно обсудили каждый кусочек головоломки, попавшей к ним в руки. Это заняло меньше времени, чем предполагал Майкл. Его гораздо сильнее волновал вопрос о том, что теперь делать с собранными сведениями. При мысли об одном из возможных вариантов развития событий по его спине пробежал холодок.

– Если это тот же самый тип...
– задумчиво проговорил Майкл.

– Что ты имеешь в виду?
– спросил Том.

– Что все это время был только один Лютер. Судя по тому, что мы знаем, молодого Лютера попросту никто не видел - частные учителя и все такое. Вполне может статься, что это тот же самый Лютер.

– Если он - носферату, то в этом нет ничего удивительного, согласился Серрин.

– Ну, если он действительно эльф, значит, он должен был и родиться эльфом - в Словакии в начале девятнадцатого века или даже раньше. Насколько мне известно, в принципе это возможно, необходима лишь исключительно мощная мана... Похоже, наше приключение перестает быть похожим на пикник - если магические таланты этого Лютера действительно таковы.

Они немного помолчали.

Первым прервал молчание Майкл.

– Ну а что именно говорил Магеллан о маленьком сюрпризе Лютера? спросил он у Серрина.

– Не помню точно. Что-то о генах. Постоянное изменение.

– Значит, никаких наркотиков или лекарств, - произнес Майкл. Корректировка генов... Разве такое возможно? Не может же он переписать ДНК у каждого человека.

– Должен существовать какой-то переносчик инфекции, - предположил Серрин.

Майкл побледнел. Он никогда непосредственно не занимался молекулярной биологией, но немного помогал Джирейнту, когда они учились в университете. Он еще не все забыл.

– Вирус, ретровирус, - пробормотал Майкл.
– Влияет на ДНК. Вирусный координатор, который действует только на людей, не затрагивая метатипы.

Пока он обдумывал эту идею, за спиной у него застрекотал принтер. Англичанин рассеянно оторвал листок с сообщением. Когда Майкл прочитал текст, его глаза округлились.

– Трейси не теряла времени даром, мне следовало запросить у нее данные раньше. Пока мы гонялись по всему шарику, похитили еще троих магов. Одного в Биджинге - подозревают участие банды наемников. Одного в Атланте - есть предположение, что за этим стоят крупные корпорации. И в Регенсбурге мотив неизвестен. Вчера. Вот так.

– Теперь не остается никаких сомнений, - пробормотал Серрин.

– Аппетиты Лютера растут. Что-то не очень похоже на привычки носферату, - сказал Майкл, который успел прочитать заметки Серрина о зомби.
– Они довольно редко пьют кровь. Последние шесть похищений, которые мы можем приписать Лютеру, произошли за семь недель. Почему бы тебе не позвонить Джулии и не попросить ее еще раз поговорить с подругой, чтобы та узнала, что это значит?

Серрин вернулся через несколько минут.

– Она говорит, что не может быть уверена на все сто процентов, но такое происходит, если носферату собирает или использует энергию высоких уровней. Следовательно, Лютер завершает свои исследования и по-настоящему ими поглощен... Да, она сказала, чтобы мы больше не обращались к ней. Отключает свой телефон.
– Серрин видел, как вел себя Магеллан, поэтому это его не удивило - о чем он и сообщил Майклу.

Эльф из Тир-Тейргира не работал на Лютера, но их объединяло общее безумие.

Майкл устало кивнул.

– Ну и что будем делать?

– Может быть, обратимся к властям?
– с надеждой предложил Серрин.

– Отличная мысль! Давай отправимся в немецкую полицию и скажем, что носферату похищает магов и готовит в своем монастыре вирус, который покончит с человечеством. Мы можем предоставить хоть какие-нибудь доказательства? У нас нет ни одного факта. Только домыслы. Мы даже не знаем точно, что Лютер непосредственно связан с похищениями, не говоря уже о том, что он - носферату.

Серрин понимал, что Майкл прав.

– С этим не поспоришь. Что же остается?

– Может быть, Магеллан ошибся, - с надеждой сказал Майкл.
– Ты ведь говорил, что он был не в себе.

– Лютер занят чем-то очень серьезным, - заметил Серрин.
– В противном случае он не стал бы так активно подкреплять свои силы.

– Так что же происходит?

Серрин посмотрел на Майкла, на лице которого. появилось выражение полнейшей беспомощности. Он сумел разгадать почти всю интригу, только вот завершающего штриха нанести не мог. И не знал, как это сделать.