Сейчас мы находились в большом зале, где ожидая команды на вылет, выстроились по отрядам и наблюдали за обзорными галоэкранами, в которых разворачивалась схватка в космосе между нашими кораблями прикрытия и нгаитянами.

Но вот механический голос объявил о первой боевой готовности, оторвав меня от мыслей. Когда будет объявлена вторая готовность, мы бросимся к нашим ботам, за которыми мы прикреплены штатным расписанием. Я вновь посмотрел на экран. Там продолжалась схватка. Но к моему разочарованию, нгаитяне и не думали сдаваться. Мало того из гиперпространства появился их корабль, вызванный на подмогу. Судя по всему это был боевой крейсер, вооруженный куда более грозным оружием чем наши штурмовики.

–  Ошиблись в координатах, - услышал я голос капитана Пирроса, нашего инструктора, стоявшего недалеко от меня, - поздно включили маршевые двигатели. Сейчас их понесет…Вот черт! Стреляйте!
– заорал он

Я во все глаза смотрел на разворачивающуюся в космосе трагедию. Корабль нгаитян продолжал движение, несмотря на отчаянные попытки экипажа замедлить ход маршевыми двигателями и уклониться от столкновения. На его пути оказался наш тяжелый фрегат, который понимая что не может уйти от удара, открыл огонь из всех орудий. К сожалению, было поздно. Нос корабля псов, врезался в бок нашего фрегата.

Защитное поле, рассчитанное на отражением энергетических зарядов никак не могло помещать этому удару. Обшивка фрегата лопнула и нос вражеского корабля ломая переборки пронзил свою жертву словно нож масло, будто перед ним был не суперпрочный металл, а яичная скорлупа. Следом за эти последовала серия вспышек и в последней, самой большой оба корабля исчезли, превратившись в пыль.

–  Вот дьявол нафлик… - выругался капитан.

Я представил что за одно мгновение погибло несколько сот жизней и сжал зубы стараясь преодолеть охватившую меня нервную дрожь. Но все же я справился с ней.

Тем временем база нгаитян приближалась. Прозвучало второе предупреждение и мы бросились к выходам из зала… Выходов было несколько и они вели к широким стартовым площадкам где располагались десантные боты. Мой экипаж быстро занял места по штатному расписанию. Прозвучал третий сигнал к старту. Начали открываться внешние шлюзы корабля и одновременно с этим боты пришли в движение. И вот мы оказались в открытом космосе. Сидя на месте второго пилота, я мог видеть в иллюминатор что происходит перед базой куда мы собирались лететь. Наши корабли одерживали вверх, изрядно потрепав оборону космической базы нгаитян. Зеленых разрядов ионных пушек врагов стало гораздо меньше, как и их кораблей прикрытия.

Но база представляла из себя все еще грозное оружие врага, то и дело десантные боты стартовавшие раньше нас вспыхивали и превратившись в пыль, исчезали в бескрайнем космическом пространстве. Из-за постоянно сокращающегося расстояния мы стали уязвимыми для зенитных комплексов врага. Фрегат несколько раз вздрогнул, заставив меня понервничать, но его защитное поле пока справлялось с атаками нгаитян. Вдобавок наш капитан применил очень полезное оружие - "ложные капсулы".

Они стартовали с фрегата. Маленькие боты похожие на десантные, но только управляемые автоматически и нашпигованные специальной взрывчаткой и отстреливаемыми по пути ракетами с усилителями помех. Перед базой расцвели вспышки взрывов. Взрывной волной сметало зенитные башни и ракетные установки на поверхности базы.

Меня вдавило в кресло и захватило дух от резкого рывка. Мы стартовали. Как я уже знал, настало время анархии. Наш бот бросало то влево, то вправо, то вниз, то вверх. Но пилоты были профессионалами. Наша тройка (каждый абордажный отряд состоял из двух ботов и одного прикрывающего штурмовика) неумолимо приближалась к цели. Нас мотало из стороны в сторону, в иллюминаторах мелькали всполохи плазменных ионных разрядов, от которых уворачивался наш корабль. Бортовой компьютер работал безотказно, в который раз сохраняя наши жизни.

Я осмотрел своих ребят. Все держались молодцом кроме, пожалуй, двух перепуганных новобранцев, которых передали в мое подразделение за сутки перед стартом, несмотря на все мои протесты. Один из них, судя по всему, потерял сознание. Я кивнул сержанту на них и тот утвердительно кивнул мне в ответ. Теперь я был спокоен за этих юнцов. У моего сержанта никто не терял сознания, и даже самый немощный курсант выполнял задание до конца.

Наконец наш сумасшедший полет подошел к концу. Наступал самый опасный момент нашей атаки. Дело в том, что капсула не имела тормозных двигателей. Вместо этого у нее на носовой части имелось специальное устройство, включающееся при контакте с поверхностью корабля. Честно говоря я не совсем понимал как оно работало, но благодаря нему бот как нож в масло врезался в переборки вражеского корабля, и через несколько секунд представлял уже единое целое с ним. Разгерметизацию предупреждала мгновенная ионная сварка, намертво схватывавшая челнок с атакованным кораблем.

Дальше в капсуле открывались аварийные люки и абордажная команда шла в атаку. Во время учебных занятий все было понятным, но когда дело дошло до настоящего боя…

Корпус челнока сотряс удар, и он замер. Мы отстегнули страховочные ремни и вскинули оружие. Аварийные люки поползли вверх. Но нгаитяне уже подготовились к нашему прибытию. Похоже, они решили пожертвовать отсеком, в который проник наш корабль. Едва мы выбрались из челнока, как прогремел мощный взрыв. Взрывной волной меня отбросила к обшивке челнока, и я на несколько минут потерял сознание. В сознание меня привел голос бортового компьютера десантного бота, который нудно тарабанил о процентах повреждений систем и все такое прочее.